Бой капитанов

Закурив, майор взглянул на безразличную физиономию предателя. Подумал: интересно, о чем тот сейчас думает? Или отключился от всего? Но так не бывает. Мозг нельзя заставить не работать.

29 сентября. Позиция наблюдения за станцией Магино Карахана и Есаула. 8.00.

Принявший окончательно решение по Карахану и Каландину, Верехов с утра выглядел неестественно возбужденным. Настолько возбужденным, что Ваха спросил:

– Что это с тобой, Есаул? Уж не увлекаешься ли ты дурью, браток?

Верехов усмехнулся:

– Нет, Карахан, я ловлю кайф от другого.

– А ты, оказывается, кровожаден!

– Иначе не был бы тем, кем стал. А пахал бы где-нибудь на конюшне того же Каландина да ходил по пояс в навозе.

Карахан кивнул:

– Ты прав.

Верехов взял автомат:

– Пройдусь кустами, проверю готовность отряда. Поезда осталось ждать менее часа.

– Иди! Только аккуратней, смотри, чтобы свои за врага не приняли.

– Я знаю, что делать!

Есаул отполз в заросли кустарника. Но далеко не пошел, остановился у березы, находясь по-прежнему вне зоны контроля спецназовцев Зубова. Он прикинул, что именно отсюда безопаснее всего будет начать отход к лесхозу. Выждав время, необходимое на проверку позиций штурма своих боевиков, Верехов вернулся к Карахану.

– Ну и что?

Есаул хищно усмехнулся:

– Все о’кей, командир. Бойцы готовы.

– С тыла позиций ничего подозрительного не заметил?

– Нет! В лесу тишина.

– Хорошо!

Вскоре бандиты услышали стук колес пассажирского поезда, медленно приближающегося к станции. Есаул спросил:

– Под каким номером в составе идет спецвагон?

– Не знаю! Но все станет известно, когда человек Кермана – начальник караула откроет дверь с этой стороны.

– Его тоже придется валить?

– Да! Если Керман хотел оставить в живых своего человека, то предупредил бы об этом. Но он ничего не сказал. Следовательно, этот осведомитель ему больше не нужен. Ну а нам тем более.

– Понятно! А вот и поезд.

Из-за поворота показался электровоз. Он медленно тащил за собой с десяток пассажирских вагонов.

Карахан взглянул на Есаула:

– Проползи немного вперед, иначе в случае необходимости мы только будем мешать друг другу.