Боги, пиво и дурак. Том 8 (СИ)

Но когда солнце поднялось достаточно высоко, сонливость как-то незаметно отступила, и мы ехали до самого полудня, пока не добрались в небольшой городок с изящным названием «Анна». Красота! Вот так подваливает к тебе кто-нибудь и спрашивает — а ты откуда? И ты гордо отвечаешь: «Я из Анны!» И получаешь ногой под дых, потому что твой ответ звучит как попытка похохмить. Или жене такой говоришь: «Мне срочно хочется в Анну!» И она такая в ответ: «Ладно, хлеба на обратном пути купи». И ты с разрешения супруги и чистой совестью идешь к своей любовнице Анечке.

Изящно, блин! Жаль, что города так редко называют женскими именами.

Как гордо бы звучало «Командующий Олиной стражей» или «главный дознаватель Катерины». А должность какого-нибудь главного смотрителя вообще огонь получалась.

В Анне мы поели, обновили дорожный продуктовый набор, попугали и повеселили своей старушонкой народ на рынке. Купили еще одну лошадь, отказали перевозбудившемуся хозяину местного зверинца и заказали у ювелира пару беруш из нашего камня.

Вооружившись наголовным микроскопом, он долго разглядывал предложенный материал, пытаясь сообразить, что это такое. Ответа так и не нашел, но тем не менее просьбу выполнил и закрепил их на цепочке, как я просил, хотя явно не оценил конструкцию, позаимствованную мной у наушников.

Но я-то знал, что беруши время от времени будут вываливаться из уха, и чтобы потом не ползать по дорожной пыли в поисках утраченного, лучше позаботиться об их сохранности заранее.

На постоялый двор нас не пустили.

Думаю, дело было в Родионовне и, возможно, в Нике, но в лицо нам сказали, что просто нет свободных комнат. Но за смешные деньги разрешили выспаться в конюшне.

И крепче всех дрыхли мы с Оракулом, который воспользовался моим подарком и спал с улыбкой на губах. Может быть, впервые в жизни ему во сне виделись не «вероятности», а что-то человеческое. И приятное.

К вечеру в Анне поднялась какая-то суета. Ну или у меня началась паранойя. Но за ужином мне стало казаться, что на улицах многовато стражников, и что хозяин харчевни как-то странно поглядывает на нас.

Расплатившись за еду, я выкупил нам спальное место в конюшне еще на две ночи вперед, а сам велел своим спутникам запрягать и валить из города врассыпную, причем полубабку я посадил в мешок и вывез поперек седла.

Дальше мы заезжали только в деревеньки и рабочие поселки, причем без постоя — просто обновить продуктовый набор.

Погода нас щадила — жара спала, стояли свежие ветреные дни без гроз и дождей.