Боги, пиво и дурак

Как будто у меня самого на груди лежит гранитная плита с надписью.

— Понимаю, — отозвалась тень, не то глубоко вздохнув, не то прошелестев своим странным плащом. — А тут еще этот юноша… Не так ли? Ведь это его появление взбудоражило твою душу?

Янус прошелся вдоль надгробия, касаясь рукой холодного камня.

— Истинный гриф… Да, есть такое. Конечно, прогресс еще слишком мал… Однако уже сейчас очевидно, что структура его источника — слоистая и способна к наращиванию. Моя безумная теория, основанная на легендарных источниках и в которую я сам никогда не верил — она становится реальностью.

— И ты получил все, что хотел, — усмехнулся Эреб. — И лицензию, и школу.

Человек в плаще снял капюшон. Непроглядная тьма, скрывавшая его лицо только что, медленно растаяла, и в свете масляных ламп показались черные впадины глаз, смуглые щеки, тощая седая борода и глубокие борозды морщин на высоком лбу.

— Появление этого ученика — очень тревожный знак, Янус, — голос Эреба стал тише, и теперь он словно клокотал у него в груди. — Оно может означать и дурное, и хорошее. Когда миф, который ты сам придумал, вдруг обретает жизнеспособность вопреки всем известным законам — это или великое чудо, или ловушка.

— Но только мне выбирать, в какой из этих вариантов верить, — мрачно заявил Янус.

— Бесспорно, — почтительно склонил голову старик. — Но я бы хотел напомнить, что мертвые обычно не воскресают. Даже если речь идет о богах.

— Я не требую, чтобы ты непременно следовал за мной, Эреб. Ты можешь оставаться в тени столько, сколько пожелаешь, — сказал магистр.

Эреб покачал лысой головой.

— Нет, Янус. Я буду следовать за тобой до конца. Я слишком стар для того, чтобы покупать себе новую лодку. И если ты решил сорвать маску с лица, значит, пришло время и мне явить миру свой облик. В конце концов, рано или поздно это должно было случиться.

Янус кивнул.

— Тогда привези сюда остальных к началу осени. Успеешь?

Старец снова склонил голову в полупоклоне.

— Я все сделаю.

— Хорошо.

И Ян направился к выходу из подземелья.