Боги, пиво и дурак. Том 7

Какая жалость, что я понятия не имел, где располагаются покои ее величества!

Тут сверху раздался топот, крик и звон бьющейся посуды.

Ага, нашел!

Уже не заботясь о тишине, я метнулся по ступеням наверх и очутился в небольшой квадратной комнате с очередными горшками вдоль стен и креслами.

Один из стражников лежал прямо перед высокими двойными дверями с позолотой. Какой-то долговязый мужик в кожаных доспехах пытался их открыть, налегая плечом.

А второго стражника прямо на моих глазах пропорол мечом насквозь высокий мужчина с аккуратной бородкой, в черной одежде и с траурной лентой на плече.

Выхватив оружие, я метнулся к нему, проклиная свою деревянную ногу — прямо сейчас она мне очень мешала.

Мужчина ловко отпрянул, блеснул белозубым оскалом. Вскинув руку, он молниеносно создал конструкт, и мне в лицо устремился поток горького вонючего дыма.

Дыхание перехватило, глаза застлали непроизвольные слезы.

— Как у тебя пердак-то полыхнул! — брякнул я, отскакивая скользящим движением в сторону.

— За своим лучше следи, а то, как бы не разорвался с натуги! — рявкнул мужик, бросившись на меня с мечом.

Долговязый, пытавшийся взять на абордаж спальню королевы, в растерянности остановился.

— Продолжай, чего уставился! — прикрикнул на него мой противник, обрушивая на меня целый град молниеносных ударов.

Но не быстрей шеста Та’ки.

Влево-вправо! Назад-снова влево и вправо!

Вот ублюдок!

Вообще я не боялся быстрых атак, вот только прямо сейчас был к ним не особо готов.

Черт возьми, моя нога. Мой мочевой пузырь! А-аааа!

— Ты меня достал!!! — взревел я, не выдерживая этой пляски.

От злости у меня в груди стало жарко, левая рука вдруг онемела. Я встряхнул ею, словно отряхивая прилипшую дрянь — и увидел, что вокруг кисти заклубился черный дым Эреба.

Все-таки кое в чем старик оказался очень полезным.

Я швырнул эту тьму в мужика, и тот вдруг вскрикнул, теряя темп.

Не разбираясь, что именно произошло, я рванулся к нему и одним мощным ударом рубанул по шее.

И в этот самый момент двери с треском сломались, и долговязый вломился в спальню.

Девушка в платье горничной взвизгнула и закрыла лицо руками.

Ее величество с ненавидящим лицом стояла посреди комнаты, надменно вскинув голову — о, она это умела. Я уже однажды видел нечто подобное.

— Отойдите вглубь комнаты! — крикнул я, бросаясь с окровавленным мечом на долговязого.

Тот отскочил от моей атаки вправо и врезался в высокую деревянную колонну с мраморной статуэткой Деметры, восседающей на быке.