Боги, пиво и дурак. Том 7

Что? Он реально не помнит? Его склероз настолько глубок, что он решил, будто кроме Лилит на свете нет девушек?..

— Пф-ф-ф, — с невозмутимой наглостью фыркнул Нергал. — Да сколько угодно, разных! И беленьких, как эта, и черненьких, и даже рыжие встречаются. Эта, кстати, — небрежно кивнул он в сторону Ли. — еще и не самая красивая. Там, в другом мире, такие ноги землю топчут, что закачаешься.

Личико Ли из растерянного и молящего мгновенно превратилось в злобное.

— Чего-чего ты сказал?.. — угрожающе начала она, вот-вот готовая взорваться, но тут я многозначительно замахал руками, показывая, что надо бы наступить на горло своей гордости и заткнуться.

Она покосилась на меня, запнулась. И нерешительно проговорила: — Ну, хотя…

— Нам бы только врата вырастить поскорее, и выбирай кого хочешь, — все с тем же прищуром продолжил Нергал, воплощая в реальность мои слова о том, что можно найти правильный подход к Сототу даже в его нынешнем состоянии.

— Врата… — задумчиво проговорил Сотот.

— Да, врата. Займешься ими? А то, по правде говоря, у Лилит тоже сейчас много дел. Но она скоро навестит тебя. Мы все навестим. Согласен?

— Врата… — как зачарованный, повторил Сотот.

— Ну вот и договорились, — улыбнулся Нергал. — Побудешь здесь пока один?

— Побуду, — эхом откликнулся тот.

— Мы ненадолго, если что. Ты не скучай.

— Не скучаю, — отозвался Сотот и двинулся к отростку.

— Ну вот, кажется, и все, — тихо проговорил Нергал, наблюдая, как великий зодчий задумчиво перебирает своими тентаклями листочки молодого деревца.

Ли хмуро промолчала."

"Нергал неспешно создал портал, и мы трое дружно в него шагнули.

Легкий свежий ветерок приятно коснулся моего лица, и я с наслаждением вдохнул, выпрямляясь навстречу небу, от которого так долго был оторван.

Все-таки я — созданье поднебесное. На глубине, в подземельях и пещерах мне неуютно.

И как только мы оказались на свободе, демоница перешла в наступление.

— Так что ты там сказал? Что я еще и не самая красивая, и таких, как я, хоть пруд пруди? — сказала она Нергалу, скрестив руки на груди. — Не боишься, что за такое безбожное вранье у тебя когда-нибудь язык отсохнет, а?

— А ты хотела, чтобы я начал тебя расхваливать, и дед от перевозбуждения прямо там начал на тебе жениться? Всеми своими тентаклями? — возмутился он.

— Ах вот как.