Бог снимает маски, или Новая Элизабет Джонсон (СИ)

- Не делай этого! Зачем тебе это нужно? Прошу, не бросай меня!

Луис печально вздохнул, взял ее за руку и, пристально посмотрев в большие черные глаза, тихо проговорил:

- Я должен остаться! Я чувствую, что этим наполнен мой дух. Я не буду счастлив в другом месте, потому что мое место здесь, рядом с ней!

Глаза Сары начали наполняться слезами.

- Луис, но почему? Разве Великий Дух хочет, чтобы ты жил вдали от меня?

- Сестра! У каждого из нас свой путь. Как только получишь свободу, иди в типи к Узумэти, он давно любит тебя.

Сара поняла, что Луис все окончательно решил, и в тоске своей прижалась к его плечу…

На следующее утро произошло то, что ожидалось. Кэмэрина вывела индейцев во двор усадьбы и торжественно объявила, что они свободны. Она выглядела и завораживающе, и устрашающе одновременно. Черная маска наводила ужас, а жёсткий голос приводил в трепет, но слова ее и действия были полны милосердия.

- Вы свободны! Запомните, кто ваша Защитница! Я даю вам немного припасов, и мои люди отведут вас в вашу землю.

Кэмэрина уже собралась уходить, как вдруг Луис, до сего момента стоявший со всеми индейцами в толпе, вышел вперед и воскликнул:

- Кэмэрина! Я очень благодарю вас за наше спасение и освобождение! Но прошу вас: позвольте мне остаться и служить вам! Я буду вам самым верным слугой!

Он опустил взгляд и поклонился ей до пояса…"

"Глава 5. Настырный парень

Бетти изумленно замерла, когда молодой индеец низко склонился и заявил о своём желании верно ей служить.

Бетти не верила в искреннюю преданность. Возможно, он ищет какую-то выгоду. Может, решил, что получит какие-то привилегии, так как он индеец? А может, считает, что служение в поместье даст ему власть и продвижение «вверх»?

Бетти медленно прохаживалась по двору, решая, как же поступить.

- У меня достаточно слуг! Ты мне не нужен!

Считая, что на этом всё закончится, она развернулась и отправилась в дом, а работники тут же начали поспешно распределять индейцев по повозкам. Луис не сдвинулся с места, сильно огорченный ее отказом. Но сердце по-прежнему горело, как будто кто-то зажег его неведомым небесным огнем.