Боец 3. Лихие 90-е

Но смотри, часам к трем чтобы был на месте, сходняк, наверное, в четыре-пять начнется… ну, в шесть, может быть… Короче, в пятнадцать ноль-ноль быть здесь! Кстати, этого вашего Танка вроде бы Заур на больничку повез?..

— Да.

— Ага… Ну, хорошо, что напомнил. Ладно, иди.

Я вышел. Гостиница уже почти спала, кое-где из номеров доносились пьяные голоса, грубый смех. Спустившись, я обнаружил, что бандитская охрана бодрствует все так же бдительно, и меня парни узнали, улыбнулись приветственно — как же, чемпион!.

Рассвет поднимался над Черноморским побережьем, я с удовольствием вдыхал чудесную смесь морского и лесного запахов, особенно ароматную вот таким ранним утром… Но про перстень не забывал, конечно, он прямо-таки жег мне бедро сквозь штанину — образно, конечно, говоря… Все-таки я счел нужным отъехать на какое-то расстояние от гостиницы, на одном из бульваров увидел расширение проезжей части, так называемый «карман», подрулил туда, остановился.

Я помнил, конечно, что все наши перстни номерные. Включил свет в салоне, сгорая от нетерпения, вынул кольцо, поднес к плафону…

Сюрприз! Номер оказался тщательно затерт. Ни одной цифры не видать.

Все интереснее и интереснее! Я выключил плафон, поехал, размышляя на ходу.

Все же выходит, заказчик кто-то из наших, и, надо полагать, это не рядовой наш «бык» — не тот уровень. Выходит, круг сужается… Так! Кто? Заур, Степаныч, сам Демид? Все может быть… Но зачем давать убийце перстень, такую явную улику?! Опять вопросы без ответов, опять они…

Под эти размышления я доехал до клиники — надо отдать должное, лысый толково описал маршрут.

— А, Боец! Здорово. К Танку, проведать?

— Конечно. Как он там?

— Пока в отключке.

— Что, плохо дело?

Нет, по словам Заура, дело обстояло не так уж и плохо, Танка накачали обезболивающим, снотворным — врачи говорят, что жизни его пока ничто не угрожает, просто нужен глубокий сон.

— Так… Ну я все-таки к нему загляну.

Заур пожал плечами — дело хозяйское.

Пока этот диалог шел, я сумел незаметно бросить взгляд на правую кисть начальника — перстень на месте. Ладно.

— Слушай, — вдруг спросил он, — там что, кипиш какой-то?

Улыбка искривила его губы, а глаза оставались холодными и задумчивыми, что ли?.. Не знаю.