Blueberry (СИ)

— Конечно, не Айвазовский с его морскими баталиями, — мама улыбнулась, — но он один из первых представителей экспрессионизма.

— Маша, любовь моя, он псих, — вздохнул дядя Боря.

— Вот увидишь сегодня, у него очень много позитивных полотен.

Так, за спорами о живописи, я выпроводила их из квартиры.

— Вера. — Уже на лестничной площадке мама обернулась ко мне. — Включи телефон и звони, если что.

— Хорошо, целую, пока! — Быстро захлопнула дверь.

Поплелась на кухню. Настроение тут же упало. После того, как помыла посуду, разобрала чемодан и нашла щелкунчика.

Уже в кровати вспомнила, что не включила смартфон. Потащилась в коридор и, выудив гаджет из сумки, включила. Он тут-же начал выплёвывать сообщения одно за другим. Мама звонила раз двадцать. Градов писал, чтобы я не забыла принести на работу его подарки. Зверев сообщил, что забыл в отеле какие-то документы, а Наталья Петровна — что у неё повышенное давление, и она берёт больничный.

***

На работе я была в семь пятьдесят. Оделась в вороний костюм, сделала пучок. Попыталась максимально соответствовать обычному образу. Кофе Смолину поставила ровно в восемь, но его пока не было. Может быть, он сам уволился, чтобы не видеться со мной? Свихнулась совсем на нервной почве. Мой деспот пришёл в восемь ноль пять.

— Доброе утро! — Прошёл мимо, снимая пиджак.

— Доброе утро, Олег Павлович.

Притормозил около своей двери.

— Жду вас через пятнадцать минут. — И хлопнул ею.

Бли-ин. Зачем, интересно? Уволить?

От разговора со Смолиным меня спас Ветров, пришедший через десять минут.

— Вера Павловна, доброе утро! У себя? — Весь бодрый и позитивный до безобразия.

— Доброе утро, Владислав Андреевич. У себя.

Ветров прошёл в кабинет, а я, воспользовавшись отсрочкой, побежала к Градову с подарками.

— Привет! — Влетела в его приёмную с пакетом.

— Вера, радость моя! Ну наконец-то! — Он вскочил с места и обнял меня.

— Ого, какой тёплый прием.

— Знала бы ты, как тяжело без единственного единомышленника в этом террариуме!

— Ой, ещё всплакни, — засмеялась я.

— Вера, ты зря смеёшься, я без тебя чуть ума не лишился, и здоровья, между прочим. — Уморительно зашевелил бровями.