Заставь меня остановиться

— Ну и что у вас случилось? — доносится спереди голос Лукьянова.

— Ко мне пристали двое парней, пока Егор плавал, — честно отвечаю я. — Они первые начали его избивать ни с того ни с сего.

На удивление, Лукьянов ничего не отвечает на мою правду. Едем мы в полной тишине. Через пару минут мой мучитель паркуется у своего дома. Также подхватывает Егора за руку, но тот уже сопротивляется тому, чтобы быть закинутым на плечо. В итоге идет на своих двух, опираясь на брата.

— Я тебе сказал приложить салфетку к ноге! — рявкает Лукьянов, мельком повернувшись ко мне.

— Блин, извините, я потом вымою пол.

— О Господи, точно убью, — бормочет себе под нос, продолжая вести Егора. Я же стараюсь не наступать на стопу, опираюсь на пальцы. Проблема в том, что я не чувствую боли. Тело вообще как будто не мое. Лукьянов ведет Егора на кухню, усаживает его на стул и переводит на меня взгляд.

— Сядь! — зло бросает Лукьянов.

— Ага, — как дурочка киваю в ответ и сажусь рядом с Егором. И только, когда Лукьянов вышел из кухни до меня дошло, что нужно достать лед.

Встаю с места и подхожу к холодильнику. Достаю первый попавшийся пакет с замороженными овощами и прикладываю его на рассеченную бровь Егора. Лукьянов появляется буквально через пару минут. Он не только прихватил с собой необъятных размеров аптечку, но и успел переодеть джемпер на простую белую футболку. Садится напротив брата и тут же убирает заморозку на подбитый глаз Юсупова. Поворачивается ко мне и бегло бросает:

— Возьми мясо из морозилки.

— Зачем?

— А ты как думаешь?

— Вы предлагаете готовить сейчас вам мясо?!

— Я предлагаю взять тебе мясо и приложить к щеке, Аня, — сквозь зубы цедит он, шумно выдыхая.

— Может и отбили, — обиженно отвечаю я.

Самое дурацкое, что я даже забыла о том, что меня ударили. И жутко. Жутко обидно от того, что невооруженным взглядом видно — Лукьянов меня на дух не переносит. Однако, несмотря на неприкрытую ко мне неприязнь, он встает с места и подходит сам к холодильнику.

— Спасибо, — чуть хрипло произношу я несвойственным мне голосом.

— Черт, поаккуратнее можно?! — возмущенно бросает Егор, как только Лукьянов возвращается к обработке его брови.

— Не скули, не девка. И в клинику все равно придется ехать. Голову твою неясную просветить.

— Нике будешь указывать, что делать, а мне это на хрен не сдалось. Я сам знаю, что мне нужно, а что нет.

— Егор, прекрати.