Близится буря

И вербануть, насколько я понял, пока ни единого пирата толком не удалось.

И что это значит? А значит это то, что самым оптимальным вариантом был бы захват какой-то высокопоставленной в пиратской иерархии фигуры. Не знаю, насколько возможно сделать это на Овечьем острове, но рассмотреть такую идею стоит внимательней, раз приватирам туда доступ не заказан. Странно, что не заказан, но город Вольный как раз с такой доступности для всех и живет, так что им тоже на компромиссы идти приходится.

Кстати, и вот насчет рации… Рация — это хорошо.

Пусть хоть в телеграфном режиме, азбукой Морзе, хоть как-нибудь, но хорошо. А почему раньше их не было? На островах стоят, а на судах — ни-ни. И почему стало теперь можно? Как-то не совсем логику улавливаю. Хотя какая-то есть, если предположить, что Церковь не настолько уж стоит в стороне, а все же своим немного подыгрывает. Это же сразу видно, что я со своей идеей похода приперся уже на готовое, они этого ждут, готовятся. Тот же агент, которого мне надо эвакуировать: ну какие еще у него могут быть сведения, кроме как о пиратах? Значит, работают они в том направлении, работают.

Ну да, большой поход без связи между судами планировать — последнее дело. Так все же интересно, это я сам так вовремя в это дело влез или меня к нему просто подтолкнули? Пожалуй, сам, потому что толкать есть кандидатуры поудачней, чем я, уверен.

Попробовал почитать книгу — что-то не лезло ничего в голову. Когда убедился, что каждый абзац приходится читать раза по три и все равно в памяти ничего не остается, — плюнул на это дело.

Прихватил винтовку и поднялся на палубу, составить компанию Фролу и Федьке, стоявшим вахту.

Вышел на палубу, запрокинул голову — с ума сойти, сколько же звезд! Никогда в жизни я такого изобилия небесного не видел. Даже не верится, что это реальность, ну не бывает так. И морем пахнет. Оно темное, только от половинной луны по нему блескучая искра бежит, и мелкая волна в борт яхты тихо поплескивает.

Ага, вахтенные вдвоем сидят, нарушают устав, понимаешь, «собираются вместе».

Правда, здесь я про такое правило не слышал, но ввести его не мешает.

— Федор, а ты что на баке делаешь? — спросил я вроде как удивленно. — А если с кормы подплывут и залезут?

— Кто подплывет? — вроде как испугался он.

— А враги, Федь, враги, жестокие и коварные. Ты ведь отсюда кормы вообще не видишь, рубкой прикроются и залезут. И сразу вниз, спящих резать. А? Что скажешь?

— Так некому здесь… — Он совсем растерялся.