Блестящая партия

Глаза герцога Бедфорда сузились, когда младший сын маркиза Лансдауна подошел к дебютантке и повел ее открывать с ним бал под красивую музыку, исполняемую известным скрипачом Нейлом Гоу.

— Самодовольная девчонка, — заметил Френсис.

— Петти одного возраста с леди Джорджиной. Можете не сомневаться — герцогиня устроила так, что бал она откроет с этим молодым аристократом."

"— Вы, конечно, правы, Генри. Я приглашу вашу красавицу жену, а вы пока подождете.

Желающих танцевать с Джорджиной становилось больше с каждым танцем, так что в конце концов выстроилась целая очередь нетерпеливых джентльменов.

Наконец ее пригласил граф Уинчилси, с которым она познакомилась в доме Шарлотты.

— Джордж, — сказала она, улыбаясь, — клянусь, что более половины джентльменов, здесь присутствующих, получили свое имя в честь короля.

— Мне жаль, миледи, что у меня такое обычное имя.

— К чему сожаления, милорд? Меня и саму назвали в честь короля!

Принц Эдуард пригласил ее на «ручеек», в котором пары выстраивались в ряд, а первая пара поднимала руки так, что получалась арка. Потом все пары, начиная с последней в ряду, проходили под этой аркой. Этот танец неизменно вызывал смущение и много смеха.

Этот смех поощрил маркиза Бекингема объявить игру в жмурки, и лорд Хантли вызвался быть первым, кому завяжут глаза. Дороти Кавендиш, влюбленная в брата Джорджины, постаралась оказаться первой, кого он поймал.

— Я думаю, Генри, что вы подсматривали. Вы видели, что это я.

— Какой мужчина не стал бы подсматривать, чтобы получить возможность прикоснуться к вам, дорогая Джорджина?

Лорд Холланд завязал ей глаза и поправил повязку, чтобы Джорджина ничего не могла видеть, а потом трижды повернул ее.

Поскольку вокруг нее толпилось множество мужчин, ей не составило особого труда поймать одного из них. Джорджина сразу же поняла, что это Френсис Расселл, а также что он все это задумал заранее.

— Это его королевское высочество принц Уэльский? — с невинным видом спросила она.

Она знала, что это предположение оскорбит Бедфорда, потому что принц был необыкновенно тучным.

— Нет, нет, нет! — закричали все вокруг.