Благословение небес

Кстати, вашей девице, если меня не обманывает интуиция, а она меня никогда не обманывает.

Ян поднес бокал к губам, наблюдая за Диллардом, который в этот момент кланялся Элизабет.

— Вам придется объясниться точнее, — ровным голосом процедил он.

— Точнее, моя помощь заключалась вот в чем — я во всеуслышание заявил, что, на мой августейший взгляд, никто, ни один мужчина не мог бросить тень на это изумительное существо.

Включая и вас.

Яна покоробило, что Родди позволяет себе говорить о его невесте в таком снисходительном тоне, но он не успел придумать язвительный ответ, так как в эту минуту к ним подошла новая группа гостей, жаждущих ему представиться.

И он в который уже раз мужественно вытерпел все эти реверансы, игривые улыбки, призывные взгляды, излишне крепкие рукопожатия и нижайшие поклоны.

— И как себя чувствует холостяк, ставший за одну ночь самым завидным женихом в Англии? — спросил Родди, когда толпа наконец отхлынула.

Ян что-то ответил ему и внезапно отошел, разбив тем самым надежды следующей группы, направлявшейся в его сторону.

Джентльмен, который стоял позади Родди и весь вечер разглядывал костюм Яна цвета старого вина и восхищался его покроем, придвинулся к Родди поближе и, возвысив голос, чтобы перекрыть шум голосов, спросил:

— Слушай, Родди, что он сказал относительно самого завидного жениха?

Родди опустил бокал и с сардонической усмешкой ответил:

— Как у черта на сковородке. — Он искоса глянул на застывшего в недоумении собеседника и добавил, — Хостон уже женат и Кенсингтон тоже скоро женится, так что Клейтон Вестморленд остался единственным холостым герцогом в королевстве, а будучи свидетелем того фурора, который произвели своими романами Хостон и Кенсингтон, я не могу дождаться, когда же на сцену выступит Вестморленд.

У Яна ушло двадцать минут, чтобы пройти десять ярдов до места, где стоял дед — буквально на каждом шагу его останавливали желающие непременно с ним поздороваться и переброситься парой слов.

Следующий час Ян провел, танцуя со всеми без разбору, и к концу этого часа пришел к выводу, что Элизабет пользуется почти таким же успехом у мужчин, каким он — у женщин.

Глядя, как она смеется в ответ на комплименты, которыми ее осыпали мужчины, он подумал, что Элизабет расцветает в суете бала, тогда как его самого балы всегда приводили в уныние. Она принадлежит этому миру, вдруг понял Ян, это та обстановка, в которой она сверкает, искрится и царствует, как юная королева. Очевидно, она любит этот мир.