Забывший имя Луны

Всю свою жизнь она ездила из одного места, где люди болели, гибли, голодали, в другое и помогала чем могла – лечила, кормила и все такое. Совершенно бескорыстно, естественно… Вы испытываете чувство восхищения? А вот мне всегда что-то мешало. Пусть это кощунство, но я читала про нее восторженные статьи и думала: что же это такое у нее там в душе делается, что она всю свою жизнь проводит прямо-таки в гуще людских несчастий? Была ли она когда-нибудь на празднике, на свадьбе, на карнавале? Умеет ли она вообще радоваться чужой радостью также, как вроде бы сочувствует чужой боли? И сочувствует ли она, или атмосфера людских страданий – просто ее естественная среда обитания? Ну, как для кого-то – богема, для кого-то – исследовательская лаборатория с ее атмосферой научного поиска, для кого-то – армия… Я знаю, что такую точку зрения невозможно одобрить, но вы, по крайней мере, понимаете, о чем я?

Так вот, я люблю умных, здоровых и красивых детей.

– Вы победительница, Анджа…

– Ничего подобного. Наоборот – в сегодняшнем мире я не могу выиграть.

– Да, существует целый класс особей женского пола с ослепительно бритыми ногами и тому подобными аксессуарами. Если рассматривать утонченность по этому вектору, то ее вершиной является итальянский ватерклозет.

– Между прочим, ватерклозет – одно из гениальнейших изобретений человечества.

– Согласен. Вышеупомянутые особи женского пола – тоже. Они – утешительный приз для мужиков, которые свернули с пути и потерялись где-то в самом начале…

– Потерялись – где? В начале – чего?

– В начале своей собственной жизни… И потом – разве это так уж важно? Человечество всегда цеплялось за свои иллюзии куда более отчаянно, чем за добытые трудом и кровью истины.