Забывший имя Луны

На столе, словно в гримерной у артиста, разверзли разноцветные рты, пасти и пастеньки резко пахнущие баночки, коробочки и пузыречки, перемежающиеся испачканными ватками и обсыпанными пудрой кисточками.

– Со стола потом – все убрать! – приказала я. – Всю одежду – в шкаф! Увижу, что валяется, выкину к чертовой матери!

Дочь выглянула из под челки и подмигнула мне еще не намазанным глазом. Второй был уже в макияже и напоминал о переводных картинках моего детства, которые надо было мочить в теплой воде и аккуратно тереть пальцем с обратной стороны.

– Ты чего наезжаешь-то? – миролюбиво поинтересовалась дочь. – Опять в школе жлобы достали?

– Будь любезна разговаривать со мной русским языком! – рявкнула я.

– Достали, достали – вижу! – невозмутимо констатировала Антонина. – Ты пойди остынь, брось кости, приколись с какого-нибудь Фейхтвангера. Или вообще поспи, вон, у тебя же шнифты коцаются…

– Что?!"

"– В смысле «глаза закрываются», – робко пояснила Антонинина подружка, странное, абсолютно бесцветное существо.

Продолжение разговора было чревато, опасно, бесперспективно и как следствие всего вышеперечисленного – бессмысленно. Поэтому я ушла в другую комнату, аккуратно прикрыв за собой дверь. Из-за двери доносились отдельные, преисполненные высокого интеллектуализма реплики:

– Так пойдет?

– Не пойдет! Вот этим мажь!

– А сюда что?

– А вот это повесь!

– А пойдет?

– Точно – не пойдет! А так?

– Фиолетово!

– Да ничего не фиолетово! Гляди – самый понт!

В этот момент позвонили.

Я взяла трубку, а полуодетая Антонина побежала открывать.

– Анжелика Андреевна, я понимаю и безусловно принимаю все, что вы, должно быть, хотели бы мне сказать, – раздался в трубке голос Вадима. – Но именно то обстоятельство, что мы с вами – уже не безмозглая, эмоционально и гормонально напряженная молодежь (в этот момент я невольно посмотрела через плечо, ища взглядом дочь и ее подругу), заставляет меня надеяться, что вы сейчас не бросите трубку, а выслушаете меня…

– Да, – холодно произнесла я.

Мне было смешно. Телефонный Вадим казался похожим на бантик.

– Могли бы мы встретиться с вами и поговорить?

– Опять в концерт? – осведомилась я. – Спасибо, что-то не хочется.