Забывший имя Луны

В отличие от всех остальных насельников каморы, ему было известно, какой причудливый узор сплела судьба из жизни Бояна, и это вызывало его собственное любопытство и удивление перед неисчерпаемым разнообразием мира.

– А если бы учил ты, Боян, науку историю, – вполне мирно продолжил Тимоти. – То наверняка знал бы, что все уважающие себя правители, как западные, так и, особенно, восточные, свою личную охрану вовсе не нанимали за деньги, как это теперь принято в мире презренного чистогана, а совсем даже наоборот – выращивали с самого нежного возраста, как воины кочевники лично выращивали лошадей, на которых они потом шли в бой, а настоящий охотник сам отбирал у суки и выпаивал молоком щенка-сосунка охотничьей породы.

– Так ты хочешь сказать… – Боян не то удивленно, не то сокрушенно помотал головой. – Ты хочешь сказать, что Алекс растит из Придурка такого щенка… или там жеребенка…

– Конечно! Удивительно, что это раньше никому из нас не пришло в голову.

– А ведь Придурок умен, Тимоти, – вдруг задумчиво сказал Боян. – Чертовски умен, поверь моим словам. Меня не гимназии, меня жизнь учила, я ум за версту чую. Как его там жизнь трепала, это другое дело, но весь его ум при нем…

– Да в том-то и дело! – воскликнул Тимоти и с досадой стукнул кулаком по узкой, красивой формы ладони.

Потом вытащили его оттуда, говорить научили… Так на него вся наука до сих пор ссылается, хоть и прошло уже лет триста. Так ведь Алекс же этого не допустит, он же его так полудурком и оставит!

– Чего не допустит? Чтобы Придурка наука изучала? – пробормотал несколько сбитый с толку Боян.

– Логики тебе не хватает, Боян, логики, – сокрушенно вздохнул Тимоти. – Подумай сам. Сейчас Придурок кто? Существо без роду, без племени, без документов, без памяти, ни в одном из имеющихся циркуляров ни одной загогулиной не зафиксированное.