Благословение Луны

Шансы рослы, и Гиэлрин решила устранить единственного, кто мог помешать её плану.

Она слышала, что Верлены наращивают свою устойчивость к магическому воздействию, поэтому яд, который подкинули Адриану, имел максимально сложный состав. Попытка провалилась, и Гиэлрин предприняла ещё две.

Драконы, пауки. Стоит ли говорить, что наёмные убийцы, о нападениях которых Адриан умалчивал, также провалили задание? Щит антропита включался автоматически, отражая любые атаки.

Тогда Гиэлрин создала Проклятие Солнца. Сложное и безжалостное.

Что касается меня… Гиэлрин, конечно же, знала о моём существовании, но поскольку мы прятались с мамой в Бурже много лет, то не мешали планам этернийки. Я привлекла её внимание, явившись в Академию. Тут меня спасло внимание Себастьяна. Во всех смыслах. Его задачей было следить за тем, чтобы я тщательно скрывала своё происхождение, а в случае чего – устранить.

Но гарунит начал мне симпатизировать, а король Вилмар посчитал родство с премьер-сенатором неплохим козырем при любом раскладе.

Глава 18

По моей просьбе отец вернул меня прямиком в Академию, сообщив, что в боевых миссиях я больше участвовать не буду. Удивления это не вызвало, как и печали. Лаборатория казалась мне сейчас самым желанным местом на свете. Хотя Алехар настоял, чтобы я обучалась целительству у Занин, и у него лично.

- Ты должна выйти замуж! Чем скорее – тем лучше. Можешь выбрать любого из сыновей рода Аэлрад или Алриат.

У меня пропал дар речи. В прямом смысле. Я смотрела на отца, пытаясь что-то сказать, но горло отказывалось издавать какие-либо звуки. Он ведь шутит?

- Я хотел бы дать тебе больше времени, - продолжил Алехар, не дождавшись от меня ответа, - но как видишь, охотников стать твоим мужем слишком много.

- А говорили, что если я стану Кетро, то буду в полной безопасности, - наконец, выдала я. Даже сил на злость в себе не нашла.

- Ты в безопасности. Строго говоря, король Бъярны не планировал причинить тебе вред – лишь сделать своей невесткой.

- Ну да, в представлении могущественных отцов вынужденный брак – это высшее благо, - хмыкнула я.