Битва за Мариуполь. Документальный роман от очевидца событий

Тревоги и надежды мирных жителей, которые вынуждены сейчас жить в подвалах, сводились к тому, восстановят ли их город власти Донецкой Народной Республики и поможет ли в этом Россия.

На заверения донецких военных, что крупнейший промышленный центр Приазовья отстроят заново, недоверчиво качали головами: «Когда это еще будет!..»

– Дебальцево с 2015-го в основном восстановили за полтора–два года, и Мариуполь восстановят. За восемь лет украинских обстрелов в ДНР научились восстанавливать дома и остальную инфраструктуру, – успокоил пожилую мариупольчанку донецкий военный медик.

Кроме бытовых вопросов жители города обеспокоены поиском родных, просят мобильный телефон, чтобы связаться с ними, но сеть работает с серьезными перебоями.

– У меня родные остались в Приморском районе на проспекте Нахимова, а «нацики», сволочи, никого оттуда не выпускают! Там сейчас бои, – жалуется пенсионер.

Кольцо блокпостов войск ДНР охватывало район торгового центра «Метро», создавая своеобразную «зеленую зону» безопасности.

На выезде из Мариуполя скопились огромные очереди автомобилей. На них жутко смотреть: разбитые пулями стекла, продырявленные осколками кузова, некоторые тащатся на пробитых шинах. Лишь бы дотянуть до безопасного места."

"Их тщательно проверяли военнослужащие ДНР. Так же, как и пеших беженцев: оборванных, с погасшим взглядом, нагруженных той поклажей, которую они смогли разыскать в развалинах.

Но среди беженцев не все являлись уроженцами Мариуполя… Многие из карателей «Азова» пытались выбраться из города, притворяясь беженцами и даже прикрываясь выкраденными детьми.

* * *Егор на гусеничном тягаче МТ-ЛБ медвзвода батальона сопровождал двоих бойцов в единственную пока что на освобожденной территории Мариуполя больницу. Она стала в этом аду с закопченными полуразрушенными зданиями и людьми-тенями, которые бродили по развалинам, толкая впереди себя тележки из разгромленных и разграбленных магазинов, единственным островком милосердия.

Областная больница интенсивного лечения – так она официально называлась – единственная клиника, которая продолжала оказывать всестороннюю и квалифицированную медпомощь.

Врачи, медсестры и помогающие им волонтеры фактически жили здесь. Частью – из-за обстрелов, а частью – из-за постоянного потока раненых.