Бюро гадких услуг

Вот вроде и обхождение теплое, и место красивое, а все равно – больница она больница и есть, даже если и собачья. Вон как у Люси ноги трясутся. И слезы прямо струей какой-то льются. И головокружение открылось. Вот ведь дела, будто сама врача ждет.

– Виктор Леонидович, посмотрите, пожалуйста, похоже там ничего серьезного, но хозяйка – пожилая женщина, вы уж ей растолкуйте… – услышала она приглушенный голос из-за двери.

– Ох уж эти мне пожилые хозяйки! – пробурчал приятный мужской голос. – Я надеюсь, это не наша любимица Вероника Мефодиевна?

Люся насторожилась – именно так звали мать Остапа и Андрея Львовых.

"– Нет-нет, та уже приходила сегодня, – успокоила его девушка, и навстречу Люсе вышел высокий молодой человек со смешными усиками.

– Кто у вас? – дружелюбно обратился он к Люсе.

– У нас собака, черный терьер. Он в машине сидит.

– У-у, какие вы молодцы! Правильно сделали, что собаку не вывели. У вас мальчик, девочка? – спросил ветеринар, идя рядом с Люсей к машине.

– У нас мальчик, – ответила Василиса, открывая дверцу.

Врач протиснулся в салон и принялся вертеть Малыша в разные стороны, заглядывать ему в пасть, в уши, осмотривая глаза.

– Хороший парень, пока у вас все нормально, – вскоре констатировал он. – Растет неплохо. Ну а зубы… Они у него не отваливаются, а меняются. У вас дети есть?

– Нет. Они у меня сейчас в Москве.

– Неважно. Неужели вы не помните, что у вашего ребенка тоже зубы выпадали, молочные? А вместо них росли крепкие, настоящие.

Люся вытерла покрасневшие глаза и бодро посеменила за моложавым доктором.

– Девушка, а вы мне не подскажете, что такое случилось с Вероникой Мефодиевной, вы о ней упоминали? Понимаете, я когда-то с ней вместе работала. Потом, знаете, как это бывает, жизнь нас разбросала, а теперь и рады бы свидеться, а уже потеряли друг друга, – опечалилась Люся.

– Ой, я прямо не знаю, – прыснула девушка в ладошку.