Бюро гадких услуг

Расскажи лучше, что в кроссвордах новенького пишут? Я имела в виду, что по телевизору показывают? – уселась Василиса Олеговна напротив.

– Короче, так: завтра мы с Лидочкой привезем тебе Наденьку и Катюшу. Отдохни немного от беготни по улицам.

Случилось то, чего подруги боялись, – Паша сажал мать с Люсей под домашний арест. Вполне понятно, что они, обремененные детьми, не станут таскаться по городу, выясняя, кто пристрелил несчастную Едякину. Надо было срочно что-то придумать.

– Извини, родной, но завтра никак невозможно: мне надо разобраться с местом работы, – вдруг вспомнила Василиса.

– Мама, – устало произнес ее сын Паша, – тебе правда надо на работу?

– Паша, ты же знаешь, я никогда не вру… Ну, почти никогда… только в редких, исключительных случаях.

Пока Павел слушал пылкую речь матери, возле его ног пристроился лохматый щенок и уставился на гостя такими голодными глазами, что тот не выдержал и сунул в его пасть пирог.

– Что ты делаешь?! – вскричала Люся, которая во время разговора Василисы с сыном скромно сидела молча. – Ты зачем скормил Малышу эту гадость?

Павел чуть не подавился:

– А зачем вы меня гадостью угощаете?

– Взрослый мужчина, а ничего не понимаешь! Для трехмесячного щенка печеное тесто – чистая смерть. О-о, эти мужчины! Мало того что они совершенно не понимают женщин, они даже собачий язык не понимают! – верещала Люся на одной ноте.

Паша быстренько подтянул костыли и поковылял к выходу.

– Вы уж тут сами, ладно? Авось псинка не заболеет, а мне пора, уж извините.

После его ухода Василиса затосковала. И Люся, обеспокоенно поглядев на подругу, начала ее успокаивать:

– Вася, ты что? Ну извини, сорвалась я на Пашку, но ведь…."

"– Люся, ты не сорвалась. Ты орала, как беременная монашка. А это означает только одно… – всхлипнула Василиса Олеговна.

– Ты думаешь, нам придется самим заняться расследованием? Ты хочешь сказать, что мы должны найти убийцу несчастной Едякиной? – шепотом ужаснулась Люся.

Василиса только с глубоким вздохом развела руками.

– А что делать? Ты меня в эту историю впутала, и теперь…

– Я?! – перебила Люся, ошалев от наглости подруги.

– А кто сказал Едякиной, что ей будет хуже? Так оно и получилось, – грустно объяснила Василиса.

Люся не выдержала и принялась бегать по комнате. Коварный Финли тут же стал охотиться за ее ногами, и той приходилось по-лошадиному взбрыкивать.

– Да, я так сказала.