Безупречная репутация. Том 1

Опера сильно не любят, когда к их фигурантам и свидетелям суются частники. А уж следователи-то вообще ненавидят лютой ненавистью тех, кто близко подходит к полю расследования. Ну как же, тайна следствия, процессуальная самостоятельность! Не моги прикасаться немытыми руками».

Дверь в комнату, где работает Зоя, закрыта, но оттуда доносятся едва слышные голоса, женский и мужской. Настя прислушалась: мужской голос принадлежит Василию. Она с усилием сделала несколько шагов, толкнула дверь и поежилась. В комнате царил жуткий холод, окно распахнуто настежь, Вася расхаживает взад-вперед в накинутой на плечи куртке, которая и в самом деле оказалась с желтой полосой вдоль рукавов, но в целом была не зеленовато-серой, а вовсе даже цвета бордо, причем настолько темного, что его смело можно было считать темно-коричневым.

При виде ее оба замолчали, и Настя успела расслышать только последние слова Василия:

– …такая внутренняя эмиграция.

О чем это они? Впрочем, какая разница? У нее нет ни сил, ни желания вникать.

– Арктика у вас тут, – заметила Настя нейтральным тоном.

– Мне жарко, а Вася притеплился, – невозмутимо ответила Зоя. – Мне почти всегда жарко, я холод люблю. Надеюсь, в ближайшие двадцать минут я не понадоблюсь руководству.

Вопросительной интонации, как обычно, не было, но Настя понимала, что в этой фразе содержится вопрос: можно ли отлучиться на двадцать минут?

– А господин Латыпов еще здесь? – спросила она.

– Сидит, – кивнул Василий. – Только непонятно, чего он тут высиживает.

Настя вспомнила выражение лица продюсера, глядящего на Зою. Очень даже понятно, чего он высиживает. Вот же прибило мужика! Причем в одночасье. Небось, каждые пять минут требует, чтобы Зоя явилась в кабинет Стасова с докладом о проделанной работе. И неусыпного контролера в себе потешить, и на красивое полюбоваться.

– Насчет двадцати минут ничего не гарантирую, но если что – прикрою, – улыбнулась она. – Идите, Зоя.

– Давайте я с вами схожу, – предложил Василий.