Бездушный

— начал было приятель, как только спустился в подвал, но тут же осёкся. — М-мать... — выдавил он из себя, обведя взглядом оба больших помещения.

В правом лежали женщины.

В левом — младенцы. Возраст... наверно, не больше двух месяцев. Или трёх. Если судить по размерам. Он не кричали, не плакали... не издавали ни единого звука... только иногда шевелились с гримасой даже не боли, а какой-то космической безучастности... Их лица были похожи на маски из древнегреческого театра. Те, что изображали горе и безысходность. Ручки и ножки напоминали перекрученные верёвочки, глаза не имели радужки, сквозь сморщенную и желтушную, как у древних старух, кожу проступали тонкие кости.

Я мог бы пересчитать их все, если бы захотел...

Но мне не хотелось...

— Двадцать два, — глухо пробормотал Аршаф.

— Что двадцать два?

— Их тут двадцать два... И девять женщин. Беременные...

Да. Женщины были на самом деле беременные. Хотя характерные животы просматривались не у всех. То, что они в положении, я видел сквозь руну «познание».

— Не реагируют, — сообщил «вор», дотронувшись до пары ближайших.

Я молча кивнул. Успел проверить реакции ещё до его появления.

Женщины выглядели, словно мумии, но плод внутри каждой развивался, в общем и целом, нормально. Пластина «познание» работала на всю катушку. Будущие роженицы являлись, как сказали бы в технологическом мире, реакторами-инкубаторами. И в этих реакторах выращивались источники маг-энергии. По силе не меньшие, чем поставляемые из Урочища «слёзы» и «зубы».

Что это было? Чудовищный эксперимент свихнувшегося одиночки? Целенаправленные исследования местных магов, санкционированные Конклавом? Попытка искусственно заменить то, чего с каждым годом становится всё меньше и меньше?

— Жалко, живьём никого не взяли, — процедил сквозь зубы Аршаф, явно имея в виду членов здешнего магсовета.

— А что говорит истопник? — указал я пальцем наверх.

— Говорит, что сюда ходил только Пара́ус. Но что он здесь делал, истопнику неизвестно.

— А что ему известно?

— Якобы экзекутор завязывал придурку глаза и развязывал только в котельной.

— Где именно?

— Именно что?

— Где закапывал?

— Говорит, что возле забора.

— Проверили?

— Да. Я проверил. По остаточным аурам. Там сотен пять отпечатков.

— Все дети и женщины?

— Нет. Есть и мужчины, но мало.

Я помолчал секунд двадцать. Подумал.

— Что-то ещё за этим... истопником есть?

Друг помотал головой:

— Нет.