Бездушный

Он говорил то, что слышал, что знал, о чём говорили другие, что было известно всем... Однако меня это не убеждало. Мне отчего-то не верилось, что с «контингентом» борделя здесь всё так просто, как говорят...

— Как звать? — взглянул я на пленного.

— Рушпу́н, господин.

— Пойдёшь с нами. Покажешь, где ваши маги живут...

Около сотни наших, наименее вооружённые, остались пока возле ворот — растеклись по ближайшим проулкам и затаились. Других, у которых оружие более-менее соответствовало текущим раскладам, мы с напарником разделили.

В моей «банде» верховодили двое десятников, старых знакомцев Аршафа. На их счёт он высказался предельно конкретно: «Убивцы, но парни авторитетные. Понятия чтут, не крысятничают, судят по справедливости». Меня такая характеристика, в общем и целом, устраивала. А то, что и сами они, и те, кто под их началом — душегубы, каких поискать, так кто из нас без греха? И вообще, моё личное кладбище на текущий момент было явно побольше, чем у всех у них, вместе взятых.

— Здесь, господин, — тоскливо вздохнул провожатый, когда мы обогнули очередной дом и вышли к очередному забору."

"Понять его было можно. Попасть под замес ему не хотелось. А не попасть уже точно не получалось, как ни крути. Единственный более-менее приемлемый выход — если в этом замесе победят чужаки. Потому что если в грядущей схватке верх возьмут местные маги, предательства этому стражнику, сто пудов, не простят.

Защита на ограждении стояла такая же, что и на частоколе в спецзоне в Урочище. Снять её, по крайней мере, удалось так же легко.

Внутри за забором обнаружились два десятка вполне симпатичных, почти игрушечных домиков. Любопытно, но общая магическая защита на них не распространялась. Беспечность, конечно, но для нас она оказалась благом. Рунная запись «познание», не встретив помех, позволила определить, где, в каком доме есть люди, а какие стоят пустые.

«Заполненных» оказалось пять. Именно на них я и указал «своим» уркаганам:

— Здесь живут маги. Поодиночке.

Ничего больше объяснять не потребовалось.

Услышав, что я сказал, оба десятника довольно оскалились.

Любой живущий в Империи знал: в доме у чародея всегда есть чем поживиться. А если при этом тебя прикрывает более сильный колдун, то поживиться чужим добром можно вообще безнаказанно.