Бежать любой ценой

И решить, как ее наказать. По законам Дирамара, покушение на жизнь дейры каралось смертью. В том, что Кюри была причастна к нападению на Софи, или, по крайней мере, о нем знала, Дариш почему-то не сомневался. Но, огласка и открытое судебное заседание, легли бы черным пятном не только на самого советника, допустившего подобный произвол в собственном доме, но и на Императора. Позволить этого мужчина не мог. Но и закрыть на это глаза, тоже нельзя.

– Вы знаете, какое наказание предусмотрено за нападение на дейру?

Сэя Кюри ожидала услышать от мага любой вопрос.

– Я не могу сейчас призвать к ответственности ни собственную жену, ни ее Величество. – Начал откровенничать Дариш. Сэя побледнела. Маг понял, что начал давить на правильное место. – Но, Вас, моя дорогая, вряд ли кто-то сможет защитить.

– Нападение на дейр, – голос женщины сильно дрожал, – расследуется императорской комиссией.

– Верно. Но, в нашем случае, расследования не будет. В Виду статуса виновных особ. – Почти безразлично пожал плечами маг. – Сэя облегченно выдохнула. – Но, это не значит, что подобные вещи останутся безнаказанными."

"Глаза мага сверкнула, смотрительница почувствовала, как горло стягивает тугая петля. Дышать становилось тяжелее. Уже через минуту женщина начала хрипеть. Хотела схватиться за горло, оттянуть проклятую удавку, но руки оставались неподвижными.

Нет, смерть Кюри в его планы не входила. Он лишь собирался наложить на нее проклятье верности. Процедура не слишком приятная, даже болезненная. Отец награждал таким всю прислугу. В том числе и служащих ему магов. Дариш считал этот способ не совсем этичным. Даже, слишком жестоким. Но, сегодня он слегка пересмотрел свои убеждения.

Минут через пять, сэя Кюри почувствовала некоторое облегчение. «Удавка» будто ослабла. У нее появилась возможность сделать неглубокий, но такой спасительный вдох. Из уголков глаз смотрительницы потекли слезы.

– Заклинание верности. – Лениво произнес маг, присаживаясь на корточки. Так, чтобы смотреть прямо в глаза своей жертве.