Бездомыш. Предземье

— И чего время тратил? — расплылся в довольной улыбке Рабаня. — Надо было с Лекаря и начинать. В лучшем виде устроим. И дом найдём, и цену собьём. Теперь бы только до моря добраться. Каюсь, шибко мы по дому соскучились. Сходили в поход до нашествия называется. В одной лодке теперь мы с тобой, Китар-смерть. И застряли здесь, и ватагу потом предстоит набирать, как неведомо.

— Ты о чём? — не понял последнего я. — Вождь сказал, что ты — на весь Фат старшина знаменитый. Уж за тобой-то народ, небось, точно пойдёт.

— За тем, кто из похода вместо двадцати человек, одного приводит, никто не пойдёт, — тяжело вздохнул Рабаня.

"Так вот оно что… Мог бы и догадаться. Но только его беда — мне подмога. Вижу выгоду, какую можно извлечь из горя Рабани.

— Соболезную, — начал я осторожно. — Хорты?

— А то, кто же ещё?

— Не твоя вина. Слишком рано явились. Слишком силой большой. Вон, форты имперские — и те устоять не смогли. Что вернёшься домой — уже подвиг.

— Не поймут, — замотал гривастой башкой охотник.

— А, коли двух одарённых с собой приведёшь? — быстро продолжил я. — Из которых один лекарь, а второй тебя своим старшим признает?

Правильные слова. Вон, как сразу оживился мужик.

— А своя ватага как же? — прищурился Рабаня. — Передумал?

— Мне не звание старшины нужно. Хорошая доля с добычи важнее. Половина твоей — в самый раз.

Клюнет?

— Можно подумать.

Клюнул. Когда меня в деле увидит, сомнения вмиг отпадут. Не продешевил ли я часом? Впрочем, это мы пока шкуру неубитого медведя делим.

— Не торопимся. Думай. Ну а пока, расскажите хоть, как так долго вообще продержались. Горы хортами кишат скоро месяц как. Мы вот сами еле-еле к оргарам успели. Но то, когда ещё было. Прямо чудо, что вы прорвались.

Рабаня снова нахмурился.

— Повезло, да, — грустно протянул он. — Брант, давай ты. Каюсь, на второй раз меня не хватит уже.

* * *Здоровяк-фатой оказался неплохим рассказчиком. Слушая Бранта, я, сам того не желая, ощущал испытанные охотниками чувства отчаяния, страха и безысходности. Да, что там эмоции. Своими словами фатой сумел передать даже холод и голод. Горы, где мы застряли сейчас — это так… холмы малые. Ватагу Рабани хорты загнали в те выси, где снег со льдом даже летом не тают.

Настырные твари.