Бездомыш. Предземье

Крам выжат досуха — ближайшую неделю ему не летать — но сохранение пяти боевых единиц, также исполняющих по совместительству важную роль носильщиков, того стоило.

Впрочем, дар порожника мы бы израсходовали на этом подъёме и без реализации плана Китара, так что, спасибо мальчишке — его идея принесла ощутимую пользу. И как я сам не увидел такого простого решения… Позор. Однозначно позор.

Глава одиннадцатая — Перемычка

Встав на задние лапы, медведь взревел так, что, не выйди мы из ущелья, можно было бы испугаться обвала.

Но склоны долины довольно пологи и успели прилично отодвинуться от реки, вдоль которой мы топаем. Здоровый… Две сажени в нём точно есть. Такого на копья поднять будет сложно. От стрел и мечей и вообще толку нет в бою с таким чудищем. Вот только не знает зверюга, что весь дар я на дырку в скале не спустил. Ещё пара секунд есть в запасе — мишке хватит.

— Назад все!

Ло здесь мне не нужен. Изгнал беса сразу, как косолапый выскочил на нас из кустов, которые в изобилии растут у реки в этой части долины.

Иди сюда, мишка."

"Зверь бросился. Взмах рукой — и отпрыгиваю назад, чтобы лишившаяся мохнатой башки огроменная туша не рухнула на меня.

— Медвежатина вкусная, — подал голос Крам. — Всё равно вскрывать будешь. Предлагаю, чтобы не тратить запасы, сегодня поужинать этим.

Я уже вернул Ло — пусть решает. Так-то место неплохое для лагеря. И обзор вроде есть, и укрыться от хищной птицы в кустах — а то кружат над головой, то ли орлы, то ли ещё кто из их пернатой родни — можно будет.

Где-то дальше по долине есть лес — берега речушки полны вброшенного сушняка и коряг, которые можно пустить на дрова. Без понятия, какова на вкус медвежатина, но раз нам её не перепадало ни разу, значит доброе мясо. Впрочем, в бытность сиротскую, ни муфрятиной, ни волчатиной мы не брезговали. Хочешь жрать, и не то ещё слопаешь.

— Да. Пусть послужит нам ужином, — согласился бес. — Ночевать будем здесь. Раз тут пасся медведь, других крупных хищников поблизости нет.

Встаём лагерем.

* * *Не дорос мишка, конечно, до хозяина леса, но зверь всё равно очень старый был. Три десятка бобов и два семени жизни — добыча богатая. У Негоды блестели глаза, но торговец ничего не сказал. Это мой трофей — тут делить нечего. Плохо то, что идём не по тракту теперь, но охота зато получается добрая. С новым даром я нынче могу таких зверей брать, на которых серьёзной ватагой ходить другим только. Тот медведь лишь началом был.