Без вины преступница

Оля безропотно подчинилась, но делала все как-то вяло, без конца роняла то перечницу, то солонку. И ползала потом по полу с тряпкой, подтирала.

– Так, все, хватит! – не выдержала Алла Ивановна, когда Ольга выронила миску с антоновкой, и яблоки разбежались по всей кухне. – Идем!

– Куда? – Оля выглянула из-под стола, куда нырнула за антоновкой.

– Идем, говорить будем, девочка! Или я…

– Что? – Оля подняла вопросительный взгляд. – Погоните меня прочь?

– Дурочка, – буркнула Алла Ивановна беззлобно. – Или потащу тебя к соседям.

– Ой, нет! – перепугалась Оля перспективе быть чрезвычайно вежливой и вымученно улыбаться чужим шуткам. – Только не это!

– Тогда будем говорить, – кивнула Алла Ивановна.

Стащила с себя передник в ярких цветочках, швырнула его, скомкав, на подоконник.

– Идем, идем, я ведь не отстану. – И тут же прикрикнула: – Да оставь ты эти яблоки в покое, Олька! Ничего им не сделается. Успеем.

Она увлекла ее на теплую веранду, заставила надеть валенки, чтобы не замерзли ноги.

– Ну! – сказала через минуту, когда в чашке уже дымился невозможно ароматный чай. – Чего молчишь? Рассказывай!

– Что рассказывать? – Оля схватилась за чашку, радуясь возможности спрятать взгляд.

– Все! Все, что тебя тревожит. – Алла Ивановна принялась загибать пальцы. – Все, что ты считаешь важным и что может другим казаться ерундой. Все, что считаешь невозможным рассказать из опасения быть непонятой. Говори, Олька! Иначе истлеешь. От мыслей, от печали, от одиночества.

– Я не одинока. У меня есть вы, – улыбнулась она вяло.

– Я-то есть, это бесспорно. Но ты даже рядом со мной одинока, Олька! А все потому, что молчишь. Надо говорить, девочка, надо говорить. Давай.

– Это не просто, – вздохнула Оля. Покусала губы и добавила тихо: – И это стыдно."

"– Не тебе решать, – строго оборвала ее Алла Ивановна. – Говори.

Оля начала рассказывать. Обо всем: о жизни с больной матерью и бабушкой, о том, как их не стало и как появился вдруг отец, которого она никогда не знала. Как он умер внезапно. О Вадике и его странной смерти.