Без вины преступница

А пару лет назад, когда он снова появился в городе и поселился вместе с дочерью, отец…

– Что? – в один голос спросили Оля и Окунев.

– Отец решил, что Золотой явился, чтобы защитить вас, Оля. – Он отвесил ей легкий поклон. – Мой отец предположил, что Ольге может грозить опасность и поэтому Деревнин теперь все время рядом.

– Чтобы защищать? – Оля поежилась. – Но что мне может угрожать? Я ничего такого…

– Дела вашего отца ударили рикошетом по многим людям. Желающих поквитаться с ним было достаточно.

– Но и без него я никогда не чувствовала опасности… Знаете, я думаю, вы ошибаетесь. Я вполне спокойно жила до его появления. По-моему, все просто: он поселился у меня, потому что ему всего-навсего негде было жить.

– Не смешите, – довольно резко перебил ее Степан. – У него было столько денег, что он запросто мог купить подъезд в вашем доме, если не весь дом.

– У моего отца? Денег?

Она растерянно заморгала и глянула на Окунева, мысленно решив перебраться в его лагерь за поддержкой. Но Окунев смотрел безучастно, и ей пришлось остаться на нейтральной территории. Она ни с кем из этих двоих, она сама по себе. Она насупилась.

– Он, конечно, не пришел ко мне нищим. Помог с ремонтом, купил мебель, но это не такие деньги, о которых вы, Степан, говорите. После его смерти я нашла в его комнате документы, удостоверяющие личность, банковскую карту с нулевым балансом и кошелек с некоторой суммой долларов.

– И все? – недоверчиво хмыкнул Степан.

– И все! Никаких кладов.

– Хорошо, вы не нашли, так, может, ваш жених что-то находил? – не унимался Степан. – Он комнату вашего отца не обыскивал?

– В тот момент, когда здесь поселился Вадик, комната отца была полностью освобождена от его вещей, – холодно заметила она. – Вадик, к его чести, ни разу без меня туда не входил и никогда не проявлял никакого интереса к моему отцу.

– Его могли использовать втемную, – вдруг подал голос Окунев. И глянул на Олю с явной тревогой. – Он мог просто наблюдать за вами. По приказу.

– Чушь! – вспыхнула она. – И спал со мной по приказу, да?

– Так бывает, – вздохнул Окунев, опуская глаза.

У нее вдруг задрожали колени от слабости.

Вся эта история, которую излагали здесь эти двое, показалась ей надуманной и глупой.