Возвышение Меркурия. Книга 11

Через несколько секунд в него хлынул настоящий поток силы — у каждого из вражеских воинов был полный комплект артефактов, в которых плескался какой-то объём энергии. Сейчас Мьёльнир скользил по ним, сотнями вскрывая их и вбирая в себя мощь. Я же прикрыл глаза, запуская новое плетение."

"То, которого когда-то не оказалось под нашей рукой, из-за чего солидный кусок африканского побережья превратился в мёртвую пустыню — любой забредший туда смертный, сходил с ума и умирал, а его душа превращалась в бродячего призрака.

Именно после такого отец запретил Плутону работать с непроверенными оттисками, которые тот не испытал в деле. К тому же обратил внимание на его склонность к плетениям, которые взаимодействовали с разумом и душами, из-за чего отправил дядю разбираться с хаосом, что творился в царстве мёртвых.

Естественно, столь мощная ударная комбинация была доработана. Всё, что мне сейчас оставалось сделать — воспользоваться частью, созданной для её контроля.

Я вклинивался в мрачную, нависшую над нам нами массу энергии.

Пытался зацепиться за самое её нутро. Перехватить управление. Получить возможность направить всю её силу на определённые точки, не дав плетению убить всех живых и саму землю.

Это было тяжело. Как будто пробиваться сквозь плотную толщу воды, ещё и двигаясь против мощного течения. Работающая комбинация хлестала по эмоциям и разуму, выводила из равновесия, корёжила сознание и заставляла выплёскивать волны гнева.

Но по мере того, как я приноровлялся, становилось проще.

Да и поток силы от Мьёльнира не ослабевал. Сейчас пригодилась бы чистая божественная мощь, но того, что вырабатывала «искра», хватало только на то, чтобы разбавить обычную энергию, не более того. А переработать ещё один её кусочек, было невозможно — такой нагрузки, моя оболочка не выдержала бы.

Я сам не заметил, когда именно всё получилось. Просто в какой-то момент внезапно осознал, что чувствую эти свинцовые, налитые отчаянием, болью и страхом тучи. Касаюсь влитого в них напряжения.

И могу его контролировать.

Естественно, я сразу же принялся выстраивать управляющий контур. Прикрыл от воздействия членов свиты, Оболенского и остатки защитников города. Нейтрализовал воздействие на жителей Владивостока, которые в большинстве своём откатились к центру города. Безусловно, капли дождя касались и их. Но на каждом стояла незаметная метка, что исключала воздействие на разум и энергетический каркас. Такие же, как на всех выживших солдатах.