(без) Право на ошибку

О том, что она могла быть права и в остальном.

Я глотал эту отраву знаниями, как другие глотают лекарство. Но не для того, чтобы излечиться. Змей-искуситель протянул мне свой яркий плод — и я готов был быть изгнан из Рая.

Вот только я не думал, что и в Аду для меня тоже не найдется места.

* * *— Насти больше не существует, — голос Егора был каким-то блеклым. Я бы даже сказал осторожным. Он никогда не работал сапером, но я вдруг заподозрил в нем не меньшие таланты.

— О чем вы?"

"Даже не смотрел на него.

И говорил пока спокойно, потому что понимал — его слова не относятся к ее физическому отсутствию.

— Изначально мы пошли не по тому пути, когда раздобыли списки всех присутствовавших на сентябрьском приеме. Помните, я говорил вам, что там не было никого с ее именем и фамилией?

— И я сказал, что она, скорее всего, пришла в последний момент просто с кем-то.

— Да. Но это не так.

Стиснул зубы. Меня это не касается, я не затем…

— И? — голос все-таки дрогнул.

— Дмитрий Серенин. Весьма обеспеченный на данный момент бизнесмен. Женившийся… второй раз.

Я прищурился и посмотрел на начальника СБ. Тот и правда выглядел совершенно спокойно, но мне, почему-то казалось, что он был плохим вестником.

Самым дерьмовым из них.

— Продолжайте.

— Серенин появился в том городе спустя два месяца после… событий пятилетней давности. Не один, а с женой. Я не сразу понял, что девушка, которая фигурирует как Анна Серенина, работающая последний год финансовым аналитиком, и есть наша… Настя. Она сменила имя и фамилию и, похоже, сделала это еще раньше, когда вышла из здания. Нашего здания.

— Что за…

Я и правда был растерян. Мог понять — сквозь приступ нерациональной злости, но мог — что она была замужем. И развелась? Получается да.

Еще внимательнее посмотрел на мужчину, сидящего напротив меня.

— Говорите.

— Пять лет назад, двадцать седьмого апреля в больницу номер семьсот одиннадцать на скорой поступила неизвестная девушка в крайне тяжелом состоянии, — чем дальше Константинович говорил, тем более механическим и отрывистым делался его голос, — Острое септическое состояние, вызванное выкидышем на сроке шесть-восемь недель.