(Без)условная любовь

Ей и так плохо было, стыдно за то, во сколько своих тайн посвятила, что так искренне о своих чувствах говорила, когда он…

Девушка до сих пор не поняла, за что он так жестоко с ней. Ведь сам прекрасно знал, как первая любовь может душу изранить… Мог же напрямую сказать сразу, когда у них с Филимоновой все снова закрутилось. Мог. И Кате тоже больно было бы, но она преданной себя не чувствовала бы, а так…

То время одновременно молнией пронеслось и будто на десятилетие растянулось, но Самойлова и опомниться не успела, как оказалась в аэропорту с двумя чемоданами и толпой провожающих.

Но Вера свое слово держала — он не знал, в какой из дней у Кати самолет… или ему это уже неважно было. Наверное, неважно…"

"Уже там, в Америке, Катя пошла к специалисту, который помог ей проработать не только эту трагедию первой любви, но и многие другие.

Она потратила пару лет на то, чтобы теперь почти со спокойным сердцем оглядываться на историю своей весенней любви, чтобы отпустить обиду на Лену и принять тот факт, что отношение этой женщины к дочери никак не влияет на ценность ее личности. Что она не второсортный ребенок у своего неродного родителя. Что она не обязана исключать себя из жизни тех, кого любит, чтобы им стало легче…

Вероятно, терапию стоило бы начать пораньше, теперь-то Катя это понимала, но благодарила судьбу за то, что сейчас имела то, что имела, и жила так, как жила.

Они с Верой ни разу не поднимали тему Андрея. О нем никогда и словом не обмолвились родственники. Он сам не пытался проникнуть в ее жизнь…

Это о чем-то говорило. Видимо, он не считал себя виноватым в том, что разбил девичье сердце. Видимо, просто ждал, когда она уедет. Видимо… не любил.

Теперь Катя не знала, что с ним, где он, с Филимоновой ли? Не знала, и знать не хотела… Разве что немножечко.



* * *— Андрюш, ты скоро? Я мясо вынимаю уже, Валя в магазин пошел…

— В какой магазин, мам? Я на подъезде, давай наберу его, подхвачу, и мы вдвоем домой?

— Да, так хорошо будет, набери его…

Андрей скинул мамин звонок, тут же набирая Валентина.

— Алло, Михалыч, я к дому подъезжаю вот, где вас подобрать? Мама сказала, что в магазин вас отправила.