Без обязательств

Перееду в свою квартиру прямо сегодня. Придется сделать две ходки, но ничего. Зато займу чем-то свои мысли.

Я вызываю такси, с трудом спускаю сама свои вещи. Сажусь на заднее сиденье, натянув капюшон на пол лица, чтобы водитель не заметил моих заплаканных глаз.

Все еще не могу понять как все это произошло? Утром проснулась счастливая, с мыслью что увижусь с Дамиром. Белье даже прикупила для такого особенного случая. А сейчас разбитая, опустошенная и максимально несчастная готовлюсь жить без него.

— Спасибо, — протягиваю деньги таксисту, который достал чемоданы из багажника машины.

Поднимаю взгляд на новенькую многоэтажку, осматриваю двор. Здесь все идеально для жизни. Но радости не чувствую. Не сегодня.

Устало бреду к лифту, затягиваю в него свои вещи, поднимаюсь на шестнадцатый этаж. Достаю из сумочки ключи от своего нового жилья, отпираю дверь и заглядываю внутрь.

Я здесь была несколько раз во время ремонта. Квартира несколько лет пустой стоит уже. Не понимаю, почему родители настолько не доверяли мне? Хотя… вспоминаю свое отчисление, роман с другом отца, вранье насчет того, что живу в общежитии и понимаю, что они не напрасно относились ко мне с подозрением.

Я захожу в спальню, мебели в квартире почти нет. Только самое необходимое. Кровать, кухонный гарнитур, шкаф в прихожей. Из техники только холодильник и стиральная машинка. Придется попросить у родителей немного денег, чтобы купить все необходимое на первое время.

В кармане звонит телефон, я смотрю на экран и разочаровываюсь.

— Ало? — прочищаю горло и отвечаю, стараясь чтобы мой голос звучал бодро.

— Ты уже добралась?

— Да. Я в новую квартиру приехала. Решила не откладывать все на потом и начать перевозить вещи.

— Но там еще ничего не готово для жизни, — растерянно произносит мама. — Я думала мы через недельки две вместе мебель закажем, за покупками поедем.

— Ну, мама, хочу уже жить здесь. Главное, что кровать есть и холодильник.

— Ладно, я с папой поговорю, чтобы выкроил несколько дней и мы смогли к тебе приехать и все обустроить.

— Да… нормально все, — выдавливаю из себя. Напоминание о мужчине больно царапает сердце. — Ни о чем таком не говорили. Молча ехали, — почти не вру, так как остаток пути мы провели в тишине.

— Ясно. Мне уже бежать нужно, звони если что и не геройствуй.

— Конечно. Люблю тебя, мам.

— И я. Целую.