Бестужев. Служба Государевой Безопасности (СИ)

— Ты кого-то из них раньше видел? — спросил подполковник, стараясь разглядеть на моем лице эмоции.

— Ответить на ваш вопрос практически невозможно, — сказал я абсолютно спокойно. — Лиц же не видно совсем.

— Но мне кажется, что у тебя есть какие-то догадки, — вкрадчиво сказал он, но я остался непреклонен и просто покачал головой. — Ну ладно, раз так. Хочешь поржать?

— Боюсь, что в этой ситуации трудно найти что-то смешное.

— Отнюдь, — подполковник откинулся на спинку кресла и хитро улыбнулся, сузив глаза.

Казалось он видит меня насквозь. — Они тоже утратили свой броневик, но немного по-другому. Его нечисть утащила в овраг, и он как сквозь землю провалился. Они чудом живы остались. — Павлов хмыкнул и поднял вверх указательный палец. — Но, это ещё не самое смешное. Завтра я собирался отправить две группы неудачников на одном БТРе в одну локацию. Или всё же отправить?

Павлов смотрел на меня и потирал подбородок.

— Думаю не стоит, — невозмутимо покачал я головой. — Не известно, чем всё это может закончиться.

— Это да, — кивнул подполковник. — Я вот только ума не приложу, где вы им дорогу перешли?

— Не имею малейшего понятия, ваше высокоблагородие.

— Странно это всё. Ваши планы резко меняются. Тренировки надо прервать, вы отправляетесь обратно в Москву. У этих ребят слишком крутые подвязки и я не советую вступать с ними в открытый конфликт. Мои действия по отношению к ним уже под жестким контролем из центра, руки связаны. А вас просто здесь уже нет. Этим скажем, что вы с ними не поедете, направлены на другое задание, пусть ищут.

Собирайте вещи, я отвезу вас на своей машине в аэропорт.

— Спасибо за беспокойство, ваше высокоблагородие. Разрешите идти?

— Иди. Поднимай друзей, но из номеров носа пока не высовывайте. Сизов зайдет, когда надо.

— Есть! — я встал по стойке смирно, развернулся и вышел из кабинета.

Очень интересно получается, думал я по пути к общаге. Подполковник считает, что мы перед этими засранцами ни в чем не виноваты, иначе не стал бы организовывать нашу эвакуацию, а пустил бы всё на самотёк.

Даже если бы они нас убили, им за это ничего не будет. Слепят самую нелепую легенду и как с гуся вода."

"Я вспомнил слова Антона после разборки во дворе общаги в Твери. Он узнал графов Апраксина и Остермана среди свиты слегка побитого мной маркиза Альтенбургского. Но ведь им тогда люлей не особо досталось, значит это боров Эдик натравил на нас своих друзей, но это не точно.