Бесспорное правосудие

Даже, как сейчас, плотно сжатый он говорил о потаенной, еле сдерживаемой иронии. Небольшой, несколько толстоватый нос, глубоко посаженные глаза под скошенными бровями делали его слегка похожим на клоуна. Непокорная прядь густых каштановых волос падала на лоб. Он был не так красив, как Дэниел, но Кейт с первой встречи решила, что сексуально он притягательнее всех мужчин, с которыми она работала. Это было нежелательное открытие, но Кейт не собиралась делать из него проблему. Она верила, что нельзя смешивать личную жизнь с профессиональной.

На ее глазах разрушилось слишком много карьер, браков, жизней тех, кто ступил на эту опасную тропу.

Спустя месяц после его прихода в отдел Кейт под влиянием момента вдруг спросила:

– Почему ты пошел в полицию?

Не в ее характере было лезть с такими вопросами, но Пирс спокойно ответил:

– А почему нет?

– Да хватит, Пирс! Оксфордский диплом по теологии! Ты не обычный коп.

– А что, я обязан быть обычным? И ты обязана? Что такое вообще обычный коп? Я? Ты? Дэниел Аарон? Макс Тримлет?

– Кто такой Тримлет – мы знаем.

Грязный ублюдок и женоненавистник. Тримлет любит власть и решил, что, работая в полиции, легче всего ее получить. Другой путь – не для его мозгов. Надо было вышвырнуть его после последней жалобы. Но мы говорим не о Тримлете, а о тебе. Впрочем, если вопрос тебе не по душе, не отвечай. Это твое дело. У меня нет права задавать такие вопросы.

– Ну а какие альтернативы? Преподавать? Только не современной молодежи. Если уж терпеть дерзости от всяких неучей, пусть это будут взрослые неучи, которым можно ответить, а не недоросли.

Юриспруденция? Там не протолкнуться. Медицина? Десять лет упорного труда, а в результате сидишь и выписываешь рецепты унылым невротикам. К тому же я привередливый. Ничего не имею против трупов. Но мне не нравится смотреть на умирающих. Финансы? Ненадежно, да и вряд ли я соответствую образу финансиста. Государственная служба? Скучно и почетно, но меня, возможно, туда и не взяли бы. Какие еще предложения?

– Мог бы поработать в мужском модельном биз-несе.

Кейт испугалась, что зашла слишком далеко, но он ответил:

– Недостаточно фотогеничен. А ты? Почему ты сюда пришла?

Законный вопрос, на который она могла ответить: «Хотела уйти из квартиры на восьмом этаже послевоенного убогого дома постройки «Эллисон Фейруэзер». Хотела иметь собственные деньги. Независимость. Это был шанс выбраться из бедности и беспорядка. Не вдыхать запах мочи и поражения.