Бесспорное правосудие

"

"С поразительной быстротой Джо стянул с себя кожаные одежды, шарфы и джемпера, облачился в сутану и натянул через голову саккос, проделав все это с ловкостью, обретенной долгой практикой.

Отец Престейн, молча надев сутану, сказал:

– Увидимся после мессы, Адам.

Дверь за ними закрылась. Из-за прочной, обитой железом двери не доносилось ни звука. Вероятно, какие-то прихожане уже собрались, подумала Кейт. Она представила себе этих ранних пташек: несколько старух, мужчин еще меньше, ищущие тепла бездомные, которых привлекла открытая дверь.

Могла ли быть среди них миссис Карпентер? Кейт было трудно это представить. Кажется, отец Престейн говорил, что она не принадлежала к числу постоянных прихожан. Так что заставило ее прийти в церковь за советом, исповедоваться, получить отпущение грехов? Каких грехов? Может, им повезет, и тогда они узнают это прежде, чем покинут церковь. Если, конечно, миссис Карпентер написала обещанное письмо. Возможно, они возлагают на него слишком большие надежды. Миссис Карпентер видели выходящей из дома с письмом в руке, но оно могло быть адресовано кому угодно.

Кейт привыкла сидеть молча. Очевидно, что Дэлглиш не расположен говорить, а она уже давно научилась чувствовать его настроение и всегда молчала, если молчал он. Обычно это ей давалось легко. Дэлглиш принадлежал к тем людям, молчание которых не вызывает смущения, а, напротив, приносит облегчение. Но сейчас ей хотелось поговорить – убедиться, что он разделяет ее нетерпение и беспокойство. Дэлглиш сидел неподвижно, склонив голову, его пальцы окружали кружку, но не дотрагивались до нее.

Может быть, он ждал, когда та остынет, а может, вообще забыл о кофе.

Наконец Кейт поднялась со словами:

– Отсюда мы не услышим, когда привезут почту. Пойду подожду у дверей.

Дэлглиш не ответил. С кружкой в руке Кейт вышла в узкий коридорчик, ведущий к боковой двери. Время тянулось изнурительно медленно. Но теперь, когда Дэлглиша рядом не было, она хотя бы могла избывать нетерпение в нервной ходьбе и частом поглядывании на часы.

Девять часов. Кажется, священник сказал, что почту привозят в девять или чуть позже. «Чуть позже» может означать разное. Можно прождать и полчаса. Сейчас пять минут десятого. Семь минут. И вот это случилось. Она не слышала шагов за дверью – просто в прорезь для почты посыпалась корреспонденция и с глухим звуком упала на пол: два больших, плотных конверта, пара счетов и пухлый белый конверт с пометкой «в собственные руки», адресованный отцу Престейну.