Бесспорное правосудие

Кстати, ты встречался с Брайаном Картрайтом?

– Да, сэр. Он согласился уделить нам пять минут своего драгоценного времени после ленча в клубе. Боюсь, нам здесь ничего не светит. По его словам, после судебного процесса в Олд-Бейли ничего не произошло, и мисс Олдридж выглядела как обычно.

– Ты ему веришь?

– Не так чтобы очень. Есть чувство, что он что-то скрывает, но, возможно, у меня предвзятое мнение. Он мне не понравился. Любезничал с Кейт, а со мной держался высокомерно. С самого начала разговора сложилось ощущение, что он взвешивает: стоит ему откровенничать с полицией или разумнее вообще не ввязываться в это дело.

Победила предусмотрительность. Не думаю, что удастся вытянуть из него информацию. Но если это важно, можно попытаться нажать.

– Это не срочно, – сказал Дэлглиш. – Ваша беседа с мисс Элкингтон очень занимательная. Ты правильно поступил, что послал в Герефорд двух офицеров полиции. Дай мне знать, когда они представят отчет. А как там насчет алиби Дрисдейла Лода?

– Пока представляется твердым.

Мы навели справки в театре. Представление началось в семь тридцать, антракт был в восемь пятьдесят. В коллегию он не мог попасть раньше девяти. Фойе никогда не остается без присмотра, а кассир и швейцар уверены, что никто не покидал театр до антракта. Полагаю, сэр, такое алиби надежно.

– При условии, что он был в театре. Он помнит, где сидел?

– В конце пятого ряда партера. Я видел план продаж на среду, в том конце было продано только одно место, но кассирша не помнит, кому оно было продано – мужчине или женщине.

Можно показать ей фотографию Лода, но не знаю, будет ли толк. Странно, однако, пойти в театр одному."

"– Вряд ли есть повод арестовать человека за то, что ему пришла в голову прихоть побыть одному. А как с алиби Дезмонда Ульрика?

– Мы были в «Рулз», сэр. В 8.15 он точно там был. Заранее столик не заказывал, но он там постоянный клиент, и ему за пять минут нашли столик. Он сдал на хранение пальто и экземпляр «Стандарт», но портфеля при нем не было. Швейцар в этом уверен.

Он хорошо знает Ульрика, и они некоторое время даже болтали, пока тот ждал места.

– Хорошо, Пирс. Через пару часов увидимся.

– Есть еще одна вещь. Странного вида плюгавый мужчина приходил час назад и спрашивал вас. Он знал Олдридж еще девочкой, когда работал учителем в частной школе ее отца. К груди он прижимал большой плоский пакет, как ребенок, который боится, что у него отнимут подарок. Со мной и с Кейт он отказался разговаривать – хочет иметь дело только с вами.