Бессильный чемпион. Тома 1 и 2

Гравитационными волнами княжна подхватывает своего возлюбленного и изо всех сил отбрасывает его как можно дальше. Прямо в развороченное налетом гарпиусов окно. Прочь из зала, прочь из разрушенного дома, прочь из бойни…

«Единственная, кто его когда-нибудь спасал…»

***

Лечу спиной в окна и весь в непонятках смотрю на растрепанную княжну. София обреченно застыла в тени надвигающегося Полковая. Совсем рехнулась? Что за тупое геройство? Что за самопожертвование? Кто ее просил?!

За моей спиной вмиг расправляются кожистые крылья летучей обезьяны.

Несколькими напористыми взмахами перебарываю сопротивление гравитационной техники. Еще взмах и я опускаюсь между Софией и крестоносцем.

- Еще одна такая выходка, завуч, - рычу, не оборачиваясь. – И я тебя выпорю на глазах всего лицея.

- П-прости, - ее голосок ломается, но также в нем слышны странные радостные ноты.

Все мое внимание захватывает враг. Сильный враг, надо признать. Долбаный рыцарь Камелота, только без плюмажа на башке.

В жизни любого, даже сильнейшего воина наступает момент уязвимости.

Момент, когда он видит свою слабость и решает: либо сдаться, либо стать еще сильнее. Я же никогда не сдаюсь. Настоящая борьба свершается в твоей груди. Я уже отдан силе, я уже давным-давно поборол свои слабости. Я по-настоящему свободен.

Приди же, моя Громовая сила!

«Уроногасилка» послушно оплетает сотни многогранников. Запускается автоматический алгоритм подбора комбинации. Кодировка найдена – пошел набор шифра. Всё, выполнено.

Первые синие разряды выстреливают из моих пальцев.

Преддверие грозы, начало бури.

С треском каскад молний рассыпается по залу. В нос бьет запах озона.

Полковой застывает, шлем опущен, взгляд прикован к моим рукам. К растущим на кулаках синим коготкам.

- Не может быть, - выдыхает он. – Это же фрактал Генерала Швара! Но как?! Ведь Генерал жив!

Эмулятор скрипит, с трудом перенося нагрузку столь мощного кода. Мои руки и тело оплетает золотая вязь татуировок. Желтое не черном. Признак перегрузки обрабатывающих элементов.

Треща, из моих костяшек вырастают полуметровые синие когти. Миниатюрные разрушительные поля, что с легкостью прорежут любую броню, любой панцирь. И это далеко не единственная особенность Когтей.

Направляю руку в сторону двух Гончих. Росчерки молний разрезают душный воздух, и два сожженных трупа скатываются с гребня воронки, образованной взрыв-техниками. К запаху озона присоединяется вонь сожженной шерсти.

Глядя на трупы, крестоносец вздрагивает.