Беспокойное счастье, или Секреты маленького дракона

И хотя занять моё место Лоссу бы не удалось – даже если отбросить разность полов, у меня телепатическая связь с Дантосом, которая, в случае подмены, либо исчезнет, что уже крайне подозрительно, либо сохранится и подмену выдаст, но… вариантов неприятностей всё равно много. Слишком много, чтобы простить совершенный сородичем поступок!

И я поняла – нет, не прощу. Но и опускаться до того, чтобы приблизиться к лежащему на снегу «Варту» и… пнуть как следует, тоже не стану. В итоге, я тряхнула головой, прогоняя воспоминания о случившемся, и, повинуясь жесту герцога Кернского, направилась к карете.

В голове в этот миг звучала лишь одна мысль: нужно выписать Чинитону достойные премиальные. Просто иначе мы непременно потеряем нашего возницу, а он такой замечательный, и столько ужасов по нашей вине пережил…

Но на этом история не закончилась.

Экипаж благополучно въехал в ворота, прокатился по подъездной дорожке и остановился у парадного крыльца. Мы с их светлостью выбрались из кареты, вошли в дом, избавились от верхней одежды, а вот дальше…

Изначально, первым пунктом наших планов был ужин – ибо во дворце, увы, не накормили, и голод мучил обоих.

Я стремлению уединиться, конечно, не противилась – пребывала в уверенности, что мой спутник желает обсудить произошедший инцидент. Однако намерения герцога Кернского оказались несколько иными…

Едва мы вошли в гостиную, блондинчик запер дверь и повёл дальше, в кабинет. Его сосредоточенность будила иррациональное желание поёжиться и вообще испугаться, но я пугаться не спешила.

Когда он отпустил мою руку и, отступив на несколько шагов, замер, удивление достигло пика. Но спросить, что всё-таки происходит, я не успела. За миг до того, как открыла рот, их светлость сделал несложный пасс рукой, и в воздухе появился сгусток древней магии.

– Астрид дочь Трима, я освобождаю тебя от клятвы, данной твоим народом семье императора. С этого момента ты не несёшь никакой ответственности за действия своих сородичей. Ты полностью свободна от любых последствий нарушения метаморфами этой, или иных, когда-либо данных клятв.

Сгусток золотой энергии вспыхнул ослепительно и погас, а я осталась в полном неверии и шоке.