Бесноватый Цесаревич 3

В результате он перевёл совещание в русло того, что надо выполнять первоначальный план, наше направление второстепенное и прочее бла-бла-бла. Римский-Корсаков чуть ли не заглядывал ему в рот и тянулся как новобранец перед генералом. Торжественный обед после совещания отменили, может, австрияки бухали в своей компании, мне это не интересно.

—Я буду вынужден доложить о вашем поведении в Санкт-Петербург, — командующий корпусом перехватил меня перед самым отъездом, — Разговаривать в таком тоне с нашими союзниками возмутительно! Мы делаем общее дело и сейчас не время для подобных эскапад.

Нам необходимо всячески взаимодействовать с австрийскими офицерами. В ближайшие дни русские войска будут занимать позиции, и лишние трения сейчас не нужны.

Странный человек. Это он сейчас намекнул, типа «союзники» могут сделать какую-нибудь пакость или разрушат укрепления. Я сомневаюсь, что австрийцы выстроили чего-то солидное. Максимум соорудили несколько несерьёзных ретраншементов от скуки, чтобы солдаты дурью не маялись.

—Александр Михайлович, — вежливо обращаюсь к упрямцу, — Мне понятен ваш пиетет перед австрийцами. Вы вместе воевали против республиканцев и вам близки интересы этих людей. Но может, вы наконец-то вспомните, что командуете русским корпусом, который был направлен в помощь союзникам. По их просьбе мы пришли помочь, но никто не говорил, что нас оставят один на один против превосходящих сил противника. Вы действительно верите данным австрийской разведки о том, что в Люцерне стоит всего три дивизии французов?

—Но позвольте, какие могут быть основания не доверять союзникам? Ведь сам эрцгерцог подтвердил, что это второстепенный участок и никакой опасности республиканцы не представляют.

Тем более что два месяца назад их войска были наголову разбиты."

"Я уже устал удивляться извращённой логике командующего. Да и не один он такой, хватает любителей преклоняться перед Европой и не замечать очевидных вещей. Здесь ещё нельзя забывать про личность эрцгерцога, всё-таки родной брат Императора.

Фигура сакральная для всякого монархиста. Но выяснить, как прошло сражение и какие были потери сторон это первое, что пришло бы мне в голову. А то многие военачальники грешат разного рода приписками, особенно в количестве убитых врагов. Может, Массена просто отошёл на более выгодные позиции, понеся небольшие потери. Карл тоже человек и не лишён слабостей и напридумывал, что французы полностью разбиты, а жертвы исчисляются десятками тысяч.