Бескрайний архипелаг. Книга III

Я обратил внимание на то, что горожане суетливо оглядываются и в страхе пятятся назад. А потом, наконец, догадался взять под контроль собственное лицо, искажённое не самыми приятными эмоциями.

Глава 22

— Бенджамин, — я медленно повернулся к лидеру фракции, чувствуя, что не могу совладать с раздражённостью, — какой же здесь у вас бардак творится!

Он лишь развёл руками в жесте полного бессилия.

— И не говорите. Проблемы сыпятся как из рога изобилия.

— Ты забываешься! — из-за спины Бенджамина внезапно, как чёртик из табакерки, выскочил бородатый хорёк, нарочито громко и театрально выкрикивая слова.

Развернулся к наглецу. Взгляд зафиксировался на его лице и тот невольно дёрнулся. Уставился ему прямо в глаза, прожигая взглядом дыры. Да мне плевать, кто есть кто в этом сборище. Я вижу разлад среди своих — и не намерен с этим мириться. Пусть хоть сам дьявол стоит передо мной.

Именно такие мысли метались в голове, когда произошло нечто странное.

Абдулла сперва съёжился под тяжестью моего взгляда. Плечи ушли вниз, голова втянулась. Но мгновением позже что-то изменилось. Он расправил грудь, нахмурился так, что брови сошлись на переносице, и едва ли не встал в боевую стойку.

И тут я почувствовал это.

Невидимые щупальца проникали в сознание и копошились там.

Активирован особый эффект перка «Ментальная ловушка». Попытка прочесть мысли отражена. Инициирована ответная атака.

Твою же мать! Только этого мне не хватало!

Мир вокруг окрасился в багровые тона. Я знал, что это значит. Мои глаза пылают демоническим красным огнём.

Разъярённый братишка, дремавший где-то в глубинах души, проснулся. Драксус рвался наружу, и нрав его был неописуемо суровым. Ещё бы, только очи сомкнул после тяжёлой работы, а тут какой-то хорёк тыкает палкой спящего медведя.

Каким-то образом демон поймал наглеца на крючок. Абдулла не мог отвести взгляд — его глаза словно прилипли к моим. Зрачки расширились, но веки не опускались.

А дальше самые чёрные и ужасные стороны демона предприняли ответную атаку. Ментальный штурм обрушился на сознание Абдуллы всей своей мощью. Тысячи ножей страха и отчаяния пронзили его разум одновременно.