Бескрайний архипелаг. Книга III

Поиск выхода глазами…

Я остался стоять, как вкопанный, наблюдая, как Луи ведёт её между соратниками, гордо выпятив грудь. Команда расступалась перед ними, глаза жадно пожирали взглядом золотую фигуру. Оставалось лишь смотреть по сторонам. Какая нелепая ситуация!

Густаво приблизился и хлопнул меня по плечу.

— Капитан увёл твою девочку, а? — насмешливо прошептал олигарх.

Я сбросил руку так резко, что бразилец отшатнулся.

— Она не моя!

— Ну-ну!

В любом случае планов на неё не имел. Что будет, то будет. Судьба сама расставит фигуры на доске.

Интересно, почему такая ясность мышления не посетила меня, когда мы столкнулись с грызлингами? Эта мысль обожгла сознание, когда я решительно направлялся к Давиду. В глазах стояла только цель.

— Мне нужна одна мера флоридия. Сейчас же. У нас сделка с пиратами. Обмен на пушку.

— Но!.. — начал было возражать квартирмейстер, однако я перебил, чеканя каждое слово:

— Шевелись. Уже. Быстрее!

Во взгляде Давида мелькнул испуг. Владелец отеля в прошлом, не раздумывая ни секунды, рванул на нижнюю палубу.

Тишину нарушил грохот металла. Лафет, скрежеща, катился по абордажному трапу. Двое громил волокли обещанную артиллерию. Каждый их шаг заставлял палубу вздрагивать.

Когда пушка, наконец, оказалась на нашем борту, существо с раздвоенным языком и шрамом от лба до подбородка нервно облизнулось. Я заметил, как дрожат его могучие руки.

— Прежде… прежде чем палить, изучите характеристики! — пролепетал он.

Я холодно кивнул. Слова были излишни. Мы совершили обмен и на этом закончили. Ни рукопожатий, ни лишних прощаний.

Пиратское судно отчалило с такой поспешностью, будто за ним гнался сам диабло. Даже без подзорной трубы я мог различить силуэт Скиппи на корме.

"Не успел перевести дух, как соратники окружили меня плотным кольцом, засыпая вопросами. Их глаза горели любопытством и тревогой. Я отвечал уклончиво, нарочито небрежно пожимая плечами, и мастерски перевёл тему. Вправду о ней переживал!

— А как там Юаньжу?

— Сердечный приступ… — ответила Сяо Мэй, которая, как обычно, держалась в стороне от остальных.