Бермудский треугольник черной вдовы

В последние годы, благодаря экспансии американского кинематографа, положение изменилось. Народ насмотрелся фильмов, в которых герои постоянно ложатся на кушетку, и сообразил: иногда полезно с кем-то поговорить. Не с подругой на кухне, не с приятелем за рюмкой водки, а с тем, кто способен докопаться до твоих глубинных проблем. Если поймешь, что мешает тебе жить счастливо, можешь измениться. Но то, что поход к психотерапевту нечто стыдное, свидетельствующее о твоей душевной слабости, неспособности самому разобраться с проблемами, занозой сидит у многих в мозгу.

Примерно половина моих клиентов никому не говорит о нашем общении. Ни родным, ни друзьям, ни коллегам. Володя долгое время жил в Америке, по идее, он должен был относиться к психоаналитику лояльнее, чем россияне, Сачков мог набраться у штатников их привычек. Но, понимаете… Владимир Николаевич улетел за океан, предвкушая сделать карьеру в Голливуде, его позвали на эпизодическую роль в одном блокбастере, это минута экранного времени. Сачков решил, что после этого предложения от режиссеров хлынут потоком. Увы, такого не случилось, знание английского у Сачкова московское, а в Голливуде своих актеров всех мастей хватает. Никаких съемок в большом кино более у Володи не было, они с Любой перебрались в Нью-Йорк, сняли квартирку, но признаться в том, что отъезд в США ошибка, не могли даже себе. Жена Володи молодая женщина, ей еще не исполнилось сорока, но она представляется как Любовь Павловна, хочет, чтобы ей оказывали почет и уважение, кланялись при встречах, ощущает себя королевой, не меньше. Ей в Нью-Йорке было невыносимо, Сачковы поселились подальше от Брайтона, жили в бедном районе, Володя носился в поисках работы, Люба устроилась посудомойкой в кафе. Королева с грязными тарелками в руках! Это сильный удар по самолюбию, но она обожала супруга, ради него была готова на все. Потом Володе повезло, его пригласили на съемки в Москву, сериал получился мегауспешным. Сачков летал туда-сюда, уставал, жил на съемной квартире, апартаменты, доставшиеся Любе от отца, сдавались. Собственно говоря, на арендную плату семья и существовала в Америке. Владимиру было тяжело, вот тогда он пришел ко мне первый раз и признался: он врет всем, что знаменит в США, имеет собственный дом, жена в бриллиантах с головы до ног… Но на самом деле им бы лучше вернуться в Россию. Мы начали с ним работать, Сачков проводил в Москве больше времени, чем в Нью-Йорке, и в конце концов они с женой снова очутились в родных пенатах.