Бермудский треугольник черной вдовы

Накладные ресницы, несмываемые румяна-чернила…

– Ну как? – спросил стилист, возникая за моим плечом.

– Потрясающе, – выдохнула я.

– Это вам небольшой подарочек от меня, – пропел он, вынимая из коробки длинную булавку, на одном конце которой была фигурка болонки. – Прическа называется «Приятный вечер с друзьями», поэтому, по логике, справа у нас появится собачка, а слева…

Дима взял вторую булавку.

– Кошечка. Животные – наши лучшие друзья. Я привез украшения вчера из Лондона, ни у кого в Москве пока таких нет.

Я не поняла фразу про стук и хлопок, но не стала уточнять, что Дима имел в виду. Ну и конечно, не сообщила стилисту, что моя тусовка будет состоять из Ирины Леонидовны и Ивана Никифоровича, журналистов в компании не ждут.

– Животные – наши лучшие друзья, – повторила я фразу модного парикмахера, – приятно украсить такими булавками голову.

– Голову? – дернулся босс. – Их воткнули тебе в череп?

Мне стало смешно, даже по-настоящему умные мужчины становятся дураками, столкнувшись с миром женской красоты.

– Нет, конечно, собака и кошка прикреплены к волосам.

"– Садитесь скорей, – велела Ирина Леонидовна, входя в столовую с высокой емкостью в руках, – не хочу, чтобы омлет Ньютона опал. Танюша, ваша тарелка слева.

Глава 14

Я уселась на указанное место и растерялась. Не надо считать меня невоспитанной особой, которая всю жизнь ест на газете неочищенную селедку. Я умею пользоваться столовыми приборами, знаю, что рыбу режут особым ножом, а суп нельзя пить из тарелки, для употребления его человечество в незапамятные времена изобрело ложки, но сейчас передо мной находились странные столовые приборы: железный крючок с деревянной ручкой и нечто, напоминающее помесь ложки с вилкой: на конце длинной ручки красовалась небольшая черпалочка, а над ней были прикреплены зубья.

Ирина водрузила принесенную кастрюльку в центр стола, провела рукой по ее бокам, кухонная утварь развались на две части. Я увидела светло-желтый высокий столб с темно-коричневой верхушкой.