Бермудский треугольник черной вдовы

Я встала в очередь на разворот.

– Что тебя развеселило?

– Ну ты такая крутая, начальница бригады, единственная женщина на ответственной работе, а купила ерунду с принтом, где изображены котята в корзинке. Это с тобой не вяжется. Подходит для девочки-девочки.

Я резко крутанула руль.

– Полагаешь, что я мальчик-мальчик?

– Нет, но трудно представить тебя покупающей эту хрень, – продолжал веселиться Денис.

Я решила не поддерживать глупый разговор, вызвала по телефону Роберта и спросила:

– Уже читал материалы о смерти Федора, брата Веры Лазаревой?

– Пока нет, – ответил Троянов, – мне их вот-вот вышлют.

– Кто занимался делом? – не утихала я.

– Из Москвы специалисты не приезжали? – влез в беседу Жданов.

– Не могу пока ничего сказать, – ответил Роберт, – что-то документы никак не приходят.

– Пока мы едем, найди еще и дело Геннадия Волкова, – распорядилась я. – Совершенно уверена, что он один из героев картинок Лазаревой. Подросток погиб почти одновременно с Федором. Уточни, где сейчас участковый Кузнецов и начальник отделения милиции Собакин.

– Ты думаешь о том же, о чем и я? – мрачно спросил Денис. – К смерти мальчиков причастна Вера Лазарева? Но она была ребенком.

– На момент гибели брата девочке исполнилось четырнадцать, – напомнила я, – еще не взрослый человек, но и не малышка. Подростки жестоки, и, по мнению большинства психологов, социопатами рождаются.

– Тань, ты тоже полагаешь, что человек уже появляется на свет убийцей? – спросил Жданов.

Я начала перестраиваться в правый ряд.

– Думаю, к преступлению каждый идет своим путем. Некоторых убийц мне даже жалко, они появились на свет у злых, жестоких родителей, не видели ласки, не получили правильного воспитания, их мучили, били, такие люди считают насилие естественным, они просто не знают, что может быть по-другому.