Беременная для Зверя (СИ)

Не шутит? Кажется, нет. Приходится измерять шагами номер отеля. Разглядывать снежные шапки. Делать вид, что не волнует. Но на самом деле — нервы в кипяток.

— Ты же сказал, что последний раз помогаешь, — нехотя.

— Оказываю услугу, — поправляет. — Но подержать сына старого… друга — это же не услуга.

— Не услуга, — соглашаюсь. — И всё-таки. Как ты к ней относишься?

Прямо в глаза смотрю. Толком раньше и не поговорили. Хочу выяснить для себя. Начистоту.

— Арина — не Настасья. Она ещё и от Матвея. Другая. Это всё, что тебе нужно знать.

— И это не ответ.

— Ответ, дубина. В Арине от той женщины, что мне всегда нравилась, лишь часть. Внешность и доброта… Но стержень как у отца. Арина для меня как память больше, напоминание, — делает паузу. — Для тугодумов объясняю. Не стоит у меня на неё.

Слышится условный стук. Опускаю руку на пистолет. Мало ли. Но в номер вваливается Пятый.

— Больниц всего две.

Пятый шагает к столу, хлопая по нему ладонью. Хмурюсь, глядя на старую монету. Пятый собой доволен. Ризван тоже что-то понимает. А я — нет. Тупым себя чувствую.

— И что?

— Это моя фартовая монета, я её Арине как-то подогнал. Ну, давно было дело. Короче, была Арина в одной из больниц. У них ещё машина скорой помощи, оборудованная всем, пропала.

— Порох как-то узнал, что мы здесь? Или просто перестраховался? — размышляет Ризван.

Но я другое цепляю.

— Сейчас не время о том думать, — негромко говорит Ризван.

Почуял, куда мысли свернули. Одёрнул вовремя. Заставляю себя сосредоточиться.

— Выбора нет. Нужна наживка. Иначе никак.

Глава 115. Арина

Меня нельзя тревожить. Так сказали в больнице. Но Пороху плевать. Он решает перестраховаться. И суток не прошло, но меня перевозят в другое место на машине скорой помощи. За рулём — люди Пороха, в медицинской форме.

— Тебе не уйти.

Лишь крепче челюсти сжимает.

— У меня много людей.

— Всех в страхе держишь. Как Тахира? Даже он против своего кумира пошёл. Вопрос времени, как скоро остальные от тебя отвернутся.

Он начинает нервничать. Злится.

— Ты уже стар. Тебе бы внуков нянчить, а не пытаться воевать против всего мира.

— Я полон сил. Всех переживу.