Беременна поневоле

— Ага… — фыркнула я. Больше из упрямства.

— Ну-у-у-у, а вдруг это поможет тебе нормально с ним общаться? — предположила подруга. — Из твоих слов я поняла, что он старается загладить вину. К тому же вам вместе жить почти целый год.

Я поболтала с Катей ещё немного, узнала, что она устроилась официанткой. Но не в клуб, а в небольшую кофейню. Заработок немного меньше, сказала Катя, но ночами не приходится работать.

— И приятнее, — улыбнулась подруга. — Правда, кофе я уже сыта по горло. Только от одного запаха!

Я рассмеялась.

— Чуть не забыла! Знаешь, кого я видела в нашем кафе?

— Понятия не имею.

— Кирилла! Представь? — Катя говорила так, что я представила наяву, как она закатывает глаза и морщится.

— Неожиданно…

Хотя, ничего неожиданного. Кирилл должен был вернуться из-за границы в ноябре. При словах подруге о парне я не почувствовала ничего.

Как будто речь идёт о незнакомом человеке.

— Он спрашивал про тебя и хотел узнать твой номер телефона. На старый не смог дозвониться.

Я кивнула. Когда поняла, что Кирилл себе ни в чём не отказывает, в том числе в общении с другими девушками, я порвала с ним и сменила номер телефона.

— Я ничего не ответила ему. Но он пообещал заглянуть позднее. И что мне ему ответить? — спросила Катя.

— Кажется, мы всё друг другу сказали…

— Кирилл так не считает.

— Ладно.

Слова Кати о Кирилле почти сразу же вылетели из моей головы. Было и было, не тянет ничего, словно о пустом месте думаю, а не о человеке.

День без Покровского на удивление пролетел быстро. Я прогуливалась по просторному, хорошо обставленному дому и выходила гулять во двор.

За ворота не стала даже пытаться выходить. Наверняка за ними ведётся наблюдение. Не хотелось выводить Арсения из себя, да и не было пока особенного желания гулять.

С Катей бы встретилась с удовольствием, пожалуй, сходила бы в кино — и больше ничего.

Днём привезли обновлённый гардероб, о котором говорил Покровский. В магазине запомнили мой размер одежды, когда Арсений купил мне платье и бельё для ужина с его семьёй.

Я молча наблюдала за брендовыми коробками и чехлами с дорогой одеждой. Постаралась не культивировать в себе злость и мысль о том, что Арсений покупает меня.