Беременна поневоле

У меня не было ни единой мысли остаться на месте. Сразу же вызвала такси. Хотелось предупредить Богданова, но я опасалась звонить со своего телефона.

— Марина, мне нужно позвонить Алексею. Срочно, — срывающимся голосом произнесла я.

— Алёна? Что случилось? Сядь!

— Нет, просто дайте мне позвонить. Со своего телефона. С моего нельзя!

Марина не стала упорствовать и протянула мне свой телефон, набрав номер супруга. Я вышла в другую комнату.

— Мариш, я занят! — ответил Алексей.

— Это я, Алёна. Мне нужно уехать. Срочно.

— Не пори горячку! Что произошло?

— Они похитили племянников.

— Чьих? — не понял Алексей.

— Виктора. Это сын моей приёмной матери.

— Подожди-подожди… — попросил Богданов. — С чего ты взяла?

— Они только что позвонили мне!

— Ты уверена? Вдруг это просто блеф?

— Я позвонила Виктору. Дети не вернулись из школы! Я не могу допустить, чтобы они пострадали.

— Постой, Алёна! — выругался Богданов. — Просто подожди немного.

— Не могу. Через полтора часа мне нужно быть на другом конце города! — едва не плача, возразила я.

— Алёна, постой! Чёрт побери! Куда ты несёшься? — выругался Богданов. — Адрес!

— Они сказали, чтобы не было никакой слежки.

— Слежки не будет. Я сам постараюсь приехать. Адрес, Алёна! — жёстким тоном потребовал Богданов.

Я скороговоркой произнесла адрес, оставила телефон Марины на комоде. Торопливо натянула шубку и подхватила рюкзак, выбежав из дома. Громко хлопнула дверь.

Через несколько минут я сидела на заднем сиденье такси, желая только одного — как можно скорее распрощаться с этой тяжёлой и изматывающей историей.

Раздался телефонный звонок. Я вздрогнула, но всё-таки ответила.

— Где ты? — теперь со мной говорил Иван.

— В дороге.

— Вот и договорились.

Я ничего не ответила. Не было сил. Казалось, что я вот-вот сойду с ума от беспокойства.

— Теперь слушай. В офисе будет Арсений…

Арс? Мой пульс участился.

— Ты меня слышишь?

— Да, слышу, — едва слышно ответила я.

— Ты не раскрываешь рот, понятно? Ты — стерва, желающая только одного — избавиться как можно скорее от надоевшего брака. Ясно? Не давишь на жалость, не льёшь слёзы и не треплешься языком.

— Если он меня узнает?

— Он видел фотографии. Не признал, — усмехнулся Иван. — Спрашивал, почему вы разводитесь.

Я прикрыла глаза. Похоже, что амнезия Арсения сыграла против меня.

— Он не помнит ничего, да? А ты усердно навешал ему лапши.

— Сказал правду.