Беременна поневоле

Арсений был увлечён беседой с девушкой, громко смеялся и флиртовал напропалую. Видеть другую девушку в его  сильных объятиях было очень неприятно. Я сильно ревновала, не отдавая себе в этом отчёт.

Едва сдерживая раздражение, я подошла к нему.

— Арсений.

Он повернулся ко мне с улыбкой, пьяной и чуточку небрежной.

— Чего тебе?

— Я хочу уехать.

— Прямо сейчас? — нахмурился, но потом расслабленно кивнул мне. — Да, так будет лучше. Эта вечеринка не для тебя.

Арсений вновь повернулся к девушке, послав ей ослепительную улыбку.

— Дождись меня, крошка. Провожу свою гостью и вернусь. Минута — и я снова у твоих ног.

Я плотно сжала губы, услышав слово «гостья». Мне хотелось рассмеяться и указать Арсению на обручальное кольцо, надетое на его безымянном пальце, как он указал однажды на моё кольцо.

Мы женаты, но по плотоядному взгляду девушки я поняла, что ей плевать. Будь у Покровского хоть гарем из десяти жён, она пошла бы на зов его улыбки.

Девушка явно ждала продолжения знакомства и провожала Арсения голодным взглядом.

В привычном круге общения Арсения не принято долго расшаркиваться при знакомстве и отказываться от секса.

Наверное, во всём зале огромного ресторана нашлась только одна дурочка, посмевшая отказать Арсению. И эта дурочка — я.

— Пойдём, — подцепил пальцами меня за локоть Покровский.

Он помог мне одеться. Я думала, что как только мы окажемся наедине, он скажет мне несколько слов или покажет свои чувства. Но он держался отстранённо и проводил меня до машины с водителем.

Покровский был холоден со мной. Холоднее, чем был в самом начале. Или меня морозило так сильно только потому, что я узнала его с другой стороны."

"— Дмитрий, отвези Алёну домой. Потом вернись к ресторану. Мне нужно, чтобы ты отвёз меня… в отель, — адресовал слова водителю. — Выполняй. Я жду тебя.

46. Алёна

Виновата сама, знаю. Зачем я оттолкнула его, когда Арсений был так близок и откровенен со мной?

Я не имела права ревновать, но всю дорогу пытаюсь проглотить ком, вставший поперёк горла.

В доме Покровского я замерла возле огромного зеркала, отбросив маску в сторону.

Ничего во мне не изменилось за эти два месяца. Ничего!

Меня только принарядили, как принцессу, но я осталась всё той же простой девчонкой, попавшей под раздачу и при каждом шорохе стремящейся уползти в свою раковину.

Старалась не думать об Арсении, стоя в душе. Но жаркие воспоминания обжигали, а потом на языке разливалась горечь.

Уснуть не получалось.