Беременна от брата жениха

Там, в спальне Тимура меня ждали Ульяна и Лера, и с ними мне было спокойно…

- А что тому виной?! – не выдержал Андрей, не позволяя мне уйти.

Дергаюсь, но его хватка на моем запястье лишь усиливается.

Как будто и не было того Андрея, с которым я познакомилась. Как будто и не было нескольких счастливых лет до появления Тимура.

Теперь мы были лишь сожителями. У Андрея было свое воображение, поскольку он считал Ульяну своей дочерью, но я знала правду и медленно умирала от этого.

- Ася. История Аси, которую ты мне так и не рассказал.

"Его лицо каменеет, а взгляд стреляет убийственными огоньками. Мне кажется, что он вот-вот меня ударит, но ведь это мой муж, Андрей, ведь так? Он не может сделать подобное, поэтому я продолжаю:

- Андрей, Ася жила в этом доме. Под этой крышей. И все, что я знаю… этого чертовски мало. Она была беременна, и она наложила на себя руки. Ни ты, ни твой братец не пожелали рассказать мне правду, и да, мне очень хотелось уехать отсюда, чтобы спасти хоть что-то, что еще между нами оставалось.

Замолкаю, чтобы внимательно присмотреться к выражению его лица. Но на нем ничего не меняется - Андрей мрачнее тучи.

- Расскажи мне, что с ней случилось.

- Значит, ты все-таки пыталась сбежать? – наконец, выдавил он.

- Что? – не поняла я.

Не сразу замечаю, что рука Андрея трогает мой подбородок. Словно я пыталась отвести от него взгляд, а он его вернул.

- Тимур уехал, и рассказывать про Асю стало больше некому. Ты не хотела быть в этом доме, да и чувства твои уже остыли ко мне…

- Остыли из-за истории той девушки!.. – пыталась я оправдаться, а тем временем пальцы Андрея только сильнее сжимались на моем лице.

- Да неважно. Ты пыталась сбежать от меня и этого дома. С моим ребенком, Вика, - нахмурился Андрей.

Я заледенела до кончиков пальцев.

- Как все просто для тебя, - усмехаюсь нервно, - неважно! А ты знаешь, насколько это все-таки было важно для меня, Андрей?

- Все-таки я был прав. Тогда ты предприняла попытку сбежать, но твоему отцу стало плохо, и ты не смогла бросить его, так? – бился Андрей за свою правду.