Бенефис мартовской кошки

– Весь божий день на ногах, – злилась торговка, – а покупатели попадаются чистые сволочи, вроде вас, вечно обхамить норовят!

– У меня и в мыслях не было никого обидеть, – отбивалась я, – ей-богу. Просто тут вот на ценниках написано «говядина», «свинина», «суслятина»…

– Очки надень, – рявкнула бабища, ловко заворачивая мои покупки, – присмотрись хорошенько.

Я покорно приблизила лицо к стеклу и прочитала крохотные буковки. Над словом «говядина» стояло: «охлажденная». Свинина оказалась «парная», а над Суслятиной красовалось существительное «продавец».

Провожаемая недовольным бурчанием продавщицы, я побежала домой.

Лето окончательно ушло из Москвы, было сыро и промозгло. Перескакивая через лужи, я добралась до подъезда, потянула тяжелую дверь и остановилась на пороге. Суслятина! А что, если все, чем я занималась до сих пор, и есть такая суслятина? Может, я делаю ошибку за ошибкой? Сколько времени прошло, сколько усилий приложено, а убийца Стаса Комолова так и не найден.

Дома, слегка поколебавшись, все-таки будильник уже показывал двадцать три ноль ноль, я набрала номер и услышала хриплый голос:

– Алло.

– Позовите Киру, пожалуйста.

– Слушаю.

– Извините, у меня дело, не терпящее отлагательств, наверное, я вас разбудила…

– Не-а, – ответила девушка, – я поздно ложусь, простыла, поэтому и голос такой. А у вас кто?

– В каком смысле?

– Ну собака или кошка?

Слегка удивившись, я пояснила:

– У меня питбуль Банди, ротвейлер Снап, мопс Хуч, пудель Черри, йоркширская терьериха Жюли, кошки Фиофина с Клеопатрой…

– Всех не смогу взять, только троих, тех, кто помельче.

– Зачем вам мои животные?

– Как это? Сами же звоните!

Тут до меня дошла суть дела.

– Вы берете собак и кошек на передержку?

– Ну да, – ответила Кира, – привозите прямо сегодня.

– Лучше завтра.

– Ладно, пишите адрес, – согласилась девушка.

На следующий день, встав опять ни свет ни заря, я отправилась в район метро «Войковская».