Белый вождь. Отважная охотница.

Но поднять предмет поменьше уже не так легко – например, монету, лежащую на земле; тут не зазорно попытать счастья самому искусному наезднику.

Вперед выступил комендант Вискарра и потребовал тишины. Он положил на землю испанский доллар и провозгласил:

– Доллар достанется тому, кто поднимет его с первого раза! Ставлю пять золотых, что сержанту Гомесу это по плечу!

Несколько минут все молчали. Пять золотых – это большие деньги. Только богач может рисковать такими деньгами.

И, однако, вызов не остался без ответа.

– Полковник Вискарра, – заговорил он, – я не стану спорить, что сержанту Гомесу это по плечу, но держу пари: тут есть и другой человек – он сделает это не хуже Гомеса. Не угодно ли вам удвоить ставку ?

– Назовите этого человека!

– Карлос, охотник на бизонов.

– Хорошо, я принимаю ваше пари. Кто еще хочет попытать счастья? – продолжал Вискарра, обращаясь к толпе. – На место поднятого доллара я всякий раз буду класть новый.

Некоторые пытались – и потерпели неудачу. Кое-кто дотронулся до монеты и даже сдвинул ее с места, но никому не удалось поднять ее.

Наконец на луг выехал кавалерист на крупной гнедой лошади – все узнали сержанта Гомеса. Это он первый нагнал быка, но не сумел свалить его. Сразу было видно, что он до сих пор не примирился с неудачей, – его и без того хмурое изжелта-бледное лицо совсем помрачнело. Он был рослый, крепкий и, бесспорно, хороший наездник, но уж слишком грубо, несоразмерно сложен; ему не хватало гибкости и подвижности.

Дело требовало кое-каких приготовлений. Сержант проверил седельные подпруги, снял саблю и портупею и тронул коня.

Через несколько минут лошадь, умело направляемая всадником, оказалась подле монеты, блестевшей на солнце. Гомес нагнулся и попытался схватить монету. Ему удалось было поднять ее с земли, но он недостаточно крепко зажал ее в руке, и монета выскользнула из его пальцев, прежде чем он успел выпрямиться.

Толпа разразилась криком – тут были и восторг и негодование. Большинство относилось к Гомесу благосклонно, потому что за него стоял Вискарра. Не то чтобы полковника Вискарру очень любили, нет, но его боялись и поэтому старались не перечить ему.

Теперь выехал вперед Карлос на своем вороном коне. Все взоры обратились на него. Его красота могла бы вызвать всеобщее восхищение, если бы не его слишком светлая кожа.